Руны на броне

Не! Надо кого-то спросить, что случилось в мире за неделю…

Но вот закончилась разминка, и я выкинул всякую чушь из головы. Мне сегодня предстоит поединок на шпагах, потому всё внимание шпагам. Тренируют меня Катя и воины-рыси со всей серьёзностью.

Пока воины не вошли в тотем, нет никаких «туше», и против опытной рыси в трансе я стою какие-то минуты. Помогают немного уроки чертёжника. Но ведь в том поединке никаких «туше» не будет. Меня просто убьёт этот Бочкин.

Если он тоже тотемный воин, лучше сразу упасть в транс.

В тотеме доступны лишь известные заранее приёмы, у зверя нет озарений. А я пока выезжаю за счёт анализа и быстрых догадок. Просто не знаю, как быть. Решил только придержать транс до встречи…

И появилось странное чувство, что поединок уже начался. Он всегда был, просто я его не замечал. Этот Бочкин почти не причём, дуэль с ним – только эпизод большого поединка.

То есть всё равно ничем хорошим большой поединок не закончится. Ну и ладушки, вот и славно. Я ответил себе на все вопросы, душу наполнило покоем, и кое-что даже стало лучше получаться. Физкультуру я закончил в смирении, стоя на коленях в короткой медитации.

Потом в душ, переодеться в кадетскую повседневку, и собираемся в гостиной. Завязался общий разговор о прошедшей тренировке. Я попросил Авдея и Мухаммеда шапки, например, поправить, если почувствуют в Бочкине тотемного воина.

– Бочкин не тотемный, – уверенно молвил Мухаммед.

– И откуда мы это взяли? – подозрительно спросил я.

– Кланы дружат, регулярно проводят встречи, – сухо сказала Клава, и Надя сдержано добавила. – Мы знаем московских воинов.

Я завис на несколько секунд.

– Так вы всегда знали, что Куликов волк? – вкрадчиво уточнил я.

– Знали, – пожал плечами Авдей. – Нам трудно говорить о своих. И ты не спросил.

– Его бы ничего не спасло, – грустно добавил Мухаммед.

Ну… под таким углом всё выглядит иначе.

– Так вы говорите, что кланы регулярно проводят встречи, – сказал я, повеселев. – Но вы ведь никуда не отлучаетесь.

– Сообщают из клана, предлагают подменить, – сказал Авдей. – Просто мы не хотим.

– Нам уже не надо, – снисходительно молвил Мухаммед.

– А если я стану воином-рысью? – воскликнул я.

– С тобой съездим, – скупо улыбнулся Авдей.