Сломленный рыцарь

Я не идиот – она здесь не ради меня. Все они пришли сюда за сплетнями. За славой. Им не важно, кто их выбрал, главное, что их просто выбрали.

– Не в том настроении. Но…

Я сжал ее подбородок и притянул в объятия. Она застонала мне в рот, когда наши губы соприкоснулись. Ее язык попытался проникнуть ко мне в рот, но я сильнее сжал губы, игнорируя ее старания. Я никогда в своей жизни так не целовался с девушкой, но я был слишком накуренным, кроме этого, моя решимость слабела каждый раз, когда Луна отшивала меня.

Я размазал ей помаду, будто это военный камуфляж, погрузил пальцы в густые волосы, взлохматив их так, словно ее жестко трахали все последние десять лет. А затем отстранился с усмешкой на губах. Помада была повсюду: на губах, носу, подбородке и щеках. Могу представить, насколько дико я сейчас выгляжу.

– Может, в другой раз? – Надежда зажглась в ее глазах, в пьяной улыбке появилась самоуверенность.

– С удовольствием, детка.

Арабелла получила свою историю.

А я подделал свою.

* * *

Через двадцать минут мы вывалились из развлекательной комнаты и спустились вниз, чтобы закончить вечеринку. Я зашел на кухню, чтобы взять шестое пиво, и обнаружил Арабеллу, Элис и девчонку Вона около барной стойки, где они рассказывали свои преувеличенные истории своим подругам.

Я знал, что я и мой секрет в безопасности с Арабеллой. Ни одна девушка не признает того, что легенда Школы Всех Святых даже не притронулся к ней. Правда состояла в том, что мне не нравилось, что все эти девушки соревновались друг с другом.

Я открыл холодильник в поисках светлого пива «Bud». Меня все еще трясло от того комментария Вона, не пора бы Луне катиться отсюда. Куда-нибудь подальше. Раз он думает, что я смогу ее забыть, он определенно никогда не был влюблен.

И еще кое-что. Причина, по которой я напился до полусмерти сегодня вечером. Я обыскал все шкафчики на кухне в поисках водки и сделал большой глоток, прежде чем продолжить пить пиво.

Дорогая жизнь!

Круто. Ты можешь перестать подкидывать мне дерьмо. Я уже по горло в нем.

Твой,

Н. Дж. К.

Мой разум начал вытворять странные вещи сразу после того, как родители мамы, бабушка Шарлин и дедушка Пол, погибли в автокатастрофе и мать стала сиротой. Это было пять лет назад. Мне было все равно, что я их потерял; меня убивала боль мамы.