Красавицы Бостона. Охотник

У меня обе ноги левые и координация сбитого на дороге зверя. Я не смогла бы танцевать, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Я пробовала танцевать лишь раз на единственной вечеринке в десятом классе, и подверглась основательному унижению. Люди сняли, как я танцую, на камеру, а потом разослали видео половине моей школы. На дверце моего шкафчика написали «Сутулая Сейлор». Видимо, моя спина выглядела сгорбленной и провисшей, когда я танцевала.

– Затем… – тихо сказал он, опустив голову и глядя на меня тлеющим взглядом.

 – Тебе явно скучно, и моя семья наблюдает за нами, а я не прочь тебя потискать.

– Это все из-за платья, – прошептала я.

– Вообще, я предпочел бы сделать это без него.

Искоса глянув в сторону, я заметила, что Эшлинг и Перси не уловили нашего с ним диалога. Теперь они смотрели видео, наверняка с реалити-шоу, о котором спорили. Но, пускай Хантер пригласил меня всего лишь на дружеский танец, чтобы показать нашим семьям, что мы с ним хорошо ладим, я не могла оторвать зад от стула.

– Никаких тисканий. – Я скрестила руки на груди, стараясь выиграть время.

– Ничего не могу обещать. Вставай.

– Ты кому-нибудь говорил, что мы живем вместе? – упрекнула я, прищурившись.

Он уставился на меня во все глаза, приоткрыв рот.

– Не-а.

– А что мы встречаемся, кому-то говорил?

– Это самая паршивая игра в двадцать вопросов, в которой я участвовал. Нет.

– Ну а люди о нас болтают.

– На то они и люди. Заполняют пространство бесполезными словами, чтобы развлечь друг друга.

Это называется сплетнями, и это величайший в мире отстой. Но это не значит, что их пустил я. В нашем здании работает больше сотни человек. Все они сотрудники моего отца. А это значит, что он распространяет среди них любую информацию, какую пожелает.

– Люди будут думать, что я твоя… твоя… – Я не могла произнести эти слова. Они звучали неправильно и грязно даже в моей голове.

– Подружка по потрахушкам? – подсказал он, усмехнувшись и наверняка наслаждаясь тем, как мое лицо меняет цвет, словно рекламная вывеска.

Я закатила глаза.

– Да.

– Не стоит благодарности. К концу этих шести месяцев твои активы взлетят до небес. А теперь давай потанцуем.

Я огляделась вокруг, чувствуя, как лоб покрывается испариной, а сердце ускоряет ритм. Мне не хотелось вставать и демонстрировать ему, как ужасно я танцую. Хантер протянул ко мне раскрытую ладонь, не оставив иного выбора, кроме как взять ее.

Но все же я этого не сделала.