Играя с огнем

Они все шли к кафе-фургону из «Шеридан Плаза», заброшенного торгового центра напротив. Этот так называемый торговый центр являл собой строение из голого бетона, которое кучка воротил начали строить лет пять назад, но вдруг поняли, что оно не принесет им дохода. В то время все уже делали покупки по интернету, тем более студенты. Рядом планировали открыть два нефтеперерабатывающих завода, но их передислоцировали в Азию, поэтому массовая миграция в Шеридан, на которую они рассчитывали, так и не произошла.

Поэтому сейчас посреди города располагалась уродская постройка.

Вот только на деле здание не пустовало. Студенты устраивали там пьянки и использовали его в качестве арены для подпольных боев и бесплатного места для случайного секса.

Эти ребята, наверное, возвращались с боя.

Тесс засмеялась, перекинув волосы на одно плечо, и запрыгнула на спину Рейна, обхватив его за плечи руками.

– Мармеладные мишки? В коктейле? Это же бред.

– Это оргазм, – с ходу отбил Истон, засунув руку в задний карман экстремально коротких шорт незнакомой мне блондинки.

 – Поверить не могу, что еще ни разу сюда не дошел.

– Местные молятся на это место. Даже Брэдли, приверженец классики тако, сюда ходит, – подхватила еще одна девушка.

Я опустила подбородок и поднесла кольцо на большом пальце к губам, прошептала молитву.

Ненавижу, когда люди смотрят мне прямо в лицо.

Особенно мои ровесники.

Особенно люди вроде Истона Брауна, Рейна де Ла Саль и Уэста Сент-Клера.

Особенно если я знала, что они, скорее всего, отреагируют двумя способами: либо выразят отвращение по поводу моего чудовищного шрама, скрытого под макияжем, либо еще хуже… начнут жалеть.

Хотя мне наверняка светит и то и другое.

Я натянула кепку пониже. Их голоса стали громче. В воздухе грохотали хриплый смех и пронзительные женские визги. Волоски на шее встали дыбом.

– Е-мое, – икнул Рейн, удерживая Тесс на своей спине. – Пока не забыл. Когда подойдем к фургону, гляньте на цыпочку, которая примет у вас заказ.

Гейл или Джилл, не помню. У нее вся левая сторона лица изуродована. Сизая как виноград. Кожа напоминает старые добрые рисовые шарики. Только полностью разглядеть не удастся, потому что она до хрена мажется, но шрамов реально куча. Вроде бы местные называют ее Греночкой.

Рейн сказал это не для того, чтобы я услышала. Он явно перепил. Но это неважно. По горлу стала подниматься желчь, и во рту появился кислый привкус.