Дьявол носит чёрный

Я попросил самую неприлично дорогую универсальную модель. Что-то кричащее о том, что жених богат, но ничего не говорившее о будущей невесте. Что-то идеальное для нас обоих.

– Надеюсь, вы не возражаете, что мероприятие будет скромным. У нас было не так много времени на подготовку с тех пор, как Ронан… – Мама замолчала, извиняясь перед Мэдисон.

Та почти истерически замотала головой.

– Нет-нет. Я все понимаю. Сам факт того, что вы что-то подготовили, учитывая обстоятельства… ох… – Она огляделась.

 – Потрясающе, правда.

– Не волнуйся. Ты по-прежнему будешь королевой бала. – Я похлопал Мэдисон по плечу, глядя на нее с нежностью ножа для масла. Да, возможно, я посмотрел несколько фильмов на канале Hallmark во время занятия на беговой дорожке, чтобы лучше сыграть любящего жениха. Честно говоря, кардио – единственная причина, не позволявшая заснуть во время передоза этой чушью.

– Ты слишком милый. – Мэдисон положила руку поверх моей, сжав ее в надежде сломать мне несколько костей.

Я сдержал ухмылку.

– По отношению к тебе – никогда.

– О, перестань. – Мэдисон натянуто улыбнулась. – Серьезно, – подчеркнула она.

Мама с наслаждением любовалась нашими, как ей казалось, отношениями и хлопнула в ладоши.

– Вы только посмотрите на них!

Хоть игра Мэдисон была не столь плоха, чтобы все испортить, она все же недотягивала до Оскара за роль любящей невесты. Она опускала голову всякий раз, когда ей задавали вопрос, на который приходилось отвечать ложью.

Ее румяные щеки напоминали свеклу, и я подумал, что ее голова вот-вот взорвется. И Мэд смотрела на меня с вежливым фальшивым энтузиазмом, будто я представлял собой пример неприглядного макаронного искусства, сотворенного особо рассеянным ребенком.

– Кэти умирает от желания увидеть тебя, и, кажется, ты еще не знакома с Джулианом, старшим братом Чейза, и его женой Эмбер. Они не смогли приехать на прошлое Рождество. Праздновали с семьей Эмбер в Висконсине, – не унималась мама, хватая Мэдисон за руку и уводя ее в дом спустя десять мучительных минут.

 – Клементина, их дочь, такая прелестная, как персик.

– Звучит фруктово, – пискнула Мэд, и мама увела ее прочь, более не удостоив меня ни единым взглядом.

Звучит фруктово. Она на самом деле так сказала. И в какой-то момент я находился в этой женщине. О чем, черт возьми, я только думал?

Два работника в форме материализовались у входа и бросились нести чемодан Мэдисон.