Если случится чудо

Слабость, ненависть, страсть,

Как бы хотелось твою душу пламенем объять,

Среди потерянных девочек и скверных мальчишек в горе,

Ты найдешь меня, окунешь в лед и заглушишь фурором.

Хочу видеть мир твоими глазами и влюбиться,

Но больше всего на свете боюсь, что ты не остановишься,

Потому что в моей сказке нет красавицы,

Только одинокое печальное чудовище.

Я двигаюсь, хотя этот парень и не дотронулся до меня, и чувствую его прикосновения, хотя он даже пальцем меня не задел. Его дед прав. Мэлаки – проблема.

Зрители так притихли, что я начинаю сомневаться в том, что все это происходит на самом деле. Перестаю покачиваться и открываю глаза. С изумлением вижу, что вся улица смотрит на него. Даже официантки в ресторанах и кафешках стоят на пороге и с восхищением слушают его голос.

А что до Мэлаки? Он смотрит на меня.

Я подхватываю камеру и делаю фото, как он поет.

Закончив, Мэлаки делает легкий поклон и ждет, когда стихнут аплодисменты и выкрики. Он игриво шевелит бровями, не сводя с меня глаз, словно обещает, что мы переспим.

Пока я спала только с одним человеком – с выпускником Тейлором Киршнером, потому что мы долго встречались и не хотели уезжать в колледж, неся бремя неудобной девственности.

Но Мэлаки я верю. Мы переспим.

Верю, потому что он как раз такой. Таким, полагаю, был и мой папа. Совершенно безбашенный, духовно страдающий, морально надломленный Ромео, который сломает вам кровать, разобьет сердце и сломит силу воли с вашего позволения.

Без злого умысла. И не потому, что хочет. Просто такой уж он по натуре. Он рушит все на своем пути. Этот недооцененный, красивый и гениальный парень наделен талантом, о котором никогда не просил, но он умело им пользуется. Его дарование, обаяние и красота – оружие, и в эту секунду оно направлено против меня.

Я вижу, как он зачерпывает деньги из чехла и засовывает их себе в карман. Толпа вокруг начинает расходиться. К Мэлаки приближаются две девицы-студентки, заправляя волосы за уши.

Я хочу объяснить, что не ухожу только из-за своего отца. Скажу ему сразу, как он закончит.

И, поскольку Мэлаки не претит заставлять меня ждать, я не чувствую вины, когда снова вытаскиваю камеру и делаю фото, как он закидывает гитарный чехол себе на плечо и удостаивает одну из девушек поцелуем руки.