Бессердечные изгои. Падший враг

Я вернулся в спальню, наблюдая за ней и пытаясь разгадать всю ложь, которой она была покрыта, пытаясь понять правду. Но она была слишком хороша в этом. В такой шараде. У нее всегда получалось прекрасно врать.

– Хорошо, будущий муженек. А теперь иди сюда. – Она потянулась ко мне и потащила на кровать. – Давай немного пообнимаемся.

Кто, черт возьми, эта женщина?

– С каких пор мы обнимаемся? – спросил я.

– Теперь начнем! – воскликнула она, снова возвращаясь к фальшивой радостной маске. – Мы же собираемся пожениться, да?

Мы попытались смотреть что-то вместе, но у Грейс аллергия на документальное кино, а мне нет дела до глупых реалити-шоу, где люди пили, сплетничали и продавали дома.

В конце концов я позволил ей смотреть что-то на Браво ТВ и заснул.

Глава 8. Арсен

Спустя три месяца я отвез Грейс в Мартас-Винъярд, что-то вроде менее привлекательной и гламурной версии Кейп-Кода. Хэмптонс без блеска, так можно было назвать эти места. Мне нравилось в Мартас-Винъярде не больше чем в ближайшем общественном туалете, но я знал, что, снимая там дом, Грейс будет чувствовать себя, как Мишель Обама.

– Боже мой, Арсен, я словно королевская особа. Что я сделала, чтобы заслужить такое? – ожидаемо восклицает Грейс, кладя руки себе на щеки в притворном удивлении и кружась в огромном фойе ослепительного особняка Оук-Блафс.

Умудрилась стать еще более недоступной для меня, живя под моей крышей.

По глупости я решил, что если мы будем жить с Грейс вместе, то это сблизит нас.

Случилось почти противоположное. Грейс работала как ненормальная и возвращалась домой после девяти или десяти в большинстве случаев. За последние два месяца она провела половину своих выходных в Цюрихе, работая над сложным слиянием двух небольших частных банков.

Она определенно старалась, в этом я мог ее похвалить. Мы занимались сексом, как кролики. Она готовила мне завтраки, дарила любимые галстуки и одеколон, а еще старательно держалась за мою руку на всех официальных мероприятиях.

Тот момент с засухой, когда она истекала кровью, стал единичным случаем. С тех пор у нас был достойный внимания секс. Она больше не поднимала анальную тему, и я был рад этому.

Она перестала представлять меня своим сводным братом и начала обращаться ко мне как к напарнику в преступлениях. Несчастная середина между тем, чтобы называть меня братом и напрямик признавать, что мой член жил забесплатно у нее между ног.