Корона крови и руин

Мы никогда не возили припасы по главным дорогам – выбирали скалистые и опасные окольные тропы, которые стражникам Воронова Пика были противны, а Колдер каким-то неясным образом находил их. Если он будет продолжать уничтожать наши запасы, Раскиг умрет с голоду еще до первых серьезных заморозков.

В дальней стене зубастой пастью зиял прогал. Из трещин густо пробивался луноцвет. Мой хаос не мог не оставить следов.

И даже выстроенные силой хаоса стены местами обрушивались.

– Король Вален, сюда! – у прогала нам махал Стэйв.

– Стэйв, – я по-воински пожал ему руку за предплечье. – Рад тебя видеть. Спасибо, что присматривал за Раскигом в наше отсутствие.

Он усмехнулся, обмазывая край стены глиной и дерном.

– Я всегда буду защищать наш народ от угроз, мой король.

Я похлопал его по плечу и осмотрел пролом. В камне зияла трещина, такая широкая, что человек мог проскользнуть.

– Отойдите, – махнул я рукой.

Люди отошли на несколько шагов, столпились полукругом и уставились на меня. Мне было ужасно неловко, когда мне кланялись, а уж когда они так таращились на мой хаос, то меня и вовсе бросало в жар. Магия тихо загудела на кончиках пальцев, соскользнула с них и растаяла на поверхности камня, когда я распластал по нему ладони.

Земля тут же накренилась, задрожала и разошлась бугристыми трещинами. Чем больше хаоса вырывалось из моего тела, тем горячее жгла кровь. Этот жар успокаивал, напоминал, что у нас было оружие, недоступное тиморцам.

Но ведь когда начались набеги, у нас тоже был хаос, и, несмотря на это, тиморский король поработил наш народ. Я винил в этом предателей из числа королевского совета, и поэтому с особой тщательностью отбирал людей в свой отряд.

Когда края пролома сошлись, на лбу у меня выступили бисеринки пота.

– Заполните трещины глиной, – крикнул Тор. Люди метнулись исполнять приказ.

– Всегда приятно посмотреть, король Вален, – сказал Стэйв.

– Еще бы это не выматывало так сильно, – фыркнул я. – Боюсь, за годы проклятия мой хаос стал тяжел на подъем.

Стэйв усмехнулся, подхватил ведро с глиной и пошел за Тором и мной вдоль стен. Иногда мы останавливались у слабых мест и Стэйв замазывал щели.