Эт Сет Ра

Снаружи черви были покрыты очень прочной кожей, они моментально связали руки и ноги, обездвижив пришельцев. Фаот медлил, он не знал, чем дышат пришельцы и как быстро они умрут без своих скафандров. Пришельцы попытались освободиться, но вскоре поняли, что ничего не выйдет.

Фаот опрашивал клетки своего гигантского организма, разыскивая момент выстрела, затем, примат подошел к капитану и посмотрел на пистолет, что к тому времени уже выпал из клубка червей. Он пистолет, тот неудобно лежал в руке, оно и понятно, у пришельцев совершенно иное строение кисти.

В какой-то момент он опустил палец в углубление и нащупал в нем мелкий выступ и придавил его. Послышался долгожданный выстрел, а ствол разлетелся в щепки и дерево, затрещав, рухнуло на бок. Шлем очистился от червей и примат внимательно посмотрел внутрь. Раз уж они приняли именно его за основную форму жизни, то пусть так и остается. Он протянул руку вперед и прицелился в шлем, пришелец сразу занервничал и попытался вырваться.

Проколоть скафандр не удавалось, даже острые зубы вампиров не помогали с этим. Фаот опять нацелил пистолет на шлем и стараясь не задеть голову выстрелил по касательной.

Прозрачный пластик лопнул и в образовавшееся отверстие тут же влезло несколько тонких, как иглы червей. Они моментально прокололи кожу пришельца и выпустили в его тело клетки Фаот. Тело дернулось несколько раз и обмякло, Фаот продолжал размножаться в чужом теле, но это был уже совсем другой эксперимент, тело было мертво.

Клетки перемещались по мертвому телу, изучая как оно устроено. Он чувствовал чужеродные органы, остатки нервных импульсов, странное тело было иным во всем. Органы располагались не там и не так, они были другой формы и других размеров. Атмосфера в скафандре была схожей, что давало шанс заполучить особь живой, но вот кровь и все остальное, сильно отличалось.

Времени, чтобы изучить все как следует не было, поэтому он попытался реанимировать мертвое тело и, после нескольких попыток, ему это даже удалось, однако, мозг был мертв.

Второй пленник ничего не видел и все это время находился в плотном клубке в полной темноте. Когда его шлем освободили, то он начал кричать от ужаса, уже догадываясь, что именно произошло.