Двор льда и пепла

Тени играли в игры, танцевали и прыгали, как демоны Мариш, являющиеся во снах.

Мы спустились в самый низ – к камерам за тяжелыми деревянными дверьми и клеткам с толстыми железными прутьями. Крики сверху сюда не доносились, и тишину нарушали только мерные капли, бьющиеся о поверхность воды где-то вдалеке. Пахло промокшей заплесневевшей соломой и немытой кожей. Камни в стенах потрескались, а местами их и вовсе не хватало, и каждый выдох вырывался изо рта облачком густого пара.

Сив пошла налево, я – направо, мимо дверей с узкими оконцами и клеток.

Большинство были пусты. В двух лежали трупы. Там, где обнаружились пленники, их было не разглядеть, а сами они даже не оборачивались на звук. Мы осмотрели больше десятка.

– Халвар! – позвала я, борясь с подступавшей паникой, и провела рукой по волосам в попытке успокоиться. – Халвар, ответь!

Ничего.

Или?..

– Так нравится звук моего голоса? – хрипло ответили мне через несколько долгих секунд. – Понимаю, я тоже его люблю.

Я рассмеялась безумным смехом и бросилась к угловой камере.

Халвар лежал на деревянной койке, согнув одну ногу и заложив руку за голову.

По лицу у меня расползлась улыбка. Никогда бы не подумала, что буду настолько рада его видеть.

Халвар посмотрел на решетку. В глазах у него блестела знакомая хитрость, но через мгновение все озорство испарилось и он резко поднялся.

– Элиза? Боги, я с ума схожу?

– Не сходишь, – усмехнулась я, протягивая руку через решетку. – Мы пришли за тобой.

– Я не… Как вы тут оказались? Как узнали, что я здесь? Подожди… вы с ним?

– Нет, – пробормотала я.

 – Просто услышали, не от него. Надо торопиться, у нас всего один шанс вытащить тебя отсюда.

– Подожди, Элиза, – Халвар обхватил прутья решетки. Только сейчас я заметила, что пальцы у него переломанные и посиневшие, а на запястьях – серебряные браслеты с рунной гравировкой. Кожа под ними покраснела и воспалилась.

– Халвар, – я невесомо коснулась его изувеченных костяшек. – Тебя пытали?

– О да, – легко ответил он.

 – В этой дыре культурная программа весьма ограничена.

– Что это такое? – кивнула я на браслеты, приглушив волну гнева.

– Путы. Они блокируют мой великолепный хаос и делают меня до ужаса обычным. И жгут, как в третьей преисподней.

Те самые, о которых говорил Ари. Те самые, от которых у него «совершенно случайно» был ключ.

– Когда выберемся, мы их снимем.

Халвар покачал головой.

– Я остаюсь.

– Что? Нет.

Лицо у него побледнело, губы потрескались.