Двор льда и пепла

Я кое-как постарался придать голосу уверенности.

– Потеря каждого каравана – новый удар по казне ложного короля и новый повод для тревоги.

Тор закатил глаза, и я чуть не рассмеялся.

Когда-то он спорил с Солом с точно таким же выражением лица. Воспоминания оживали постепенно, складываясь в картину, как кусочки головоломки. Кто-то из нас то и дело замирал, потирал лоб и описывал новый момент старой жизни.

Мы либо смеялись, либо подбрасывали это воспоминание в костер нашей жажды мести.

– А еще это новый шаг к ней, – понизил голос Тор.

В груди завозился непонятный страх, и рука сама сжалась в кулак. Странное чувство, которым я не мог рисковать и которого не мог желать.

Она не должна была иметь ничего общего ни со мной, ни с гильдией Теней, ни с моей нескончаемой войной за каждую каплю крови моих родных. Это было бы несправедливо. По крайней мере, так я оправдывал свое решение перед самим собой. Но глубоко внутри я знал – и эта причина была куда ближе к истине, – что рядом с Элизой Лисандер испарятся все остатки моей жажды крови, а я не был готов с ними распрощаться.

Так что я привычно сделал вид, будто все это мне совершенно безразлично, и открыто встретил взгляд Тора, радуясь тому, что он наконец не выдержал и отвел глаза.

– Я не собираюсь сближаться ни с кем из тиморцев.

– Правда? Рад слышать, коль скоро твоя Квинна – тиморанка. Неважно, что она сделала, чтобы снять проклятие, – в ней течет кровь короля Элизея.

Я посмотрел на кусок красной ткани в руках.

– Если только ты не хочешь признать, что передумал. Или, скорее, за тебя это сделало твое сердце, – показался из-за дерева Халвар, слизывая жир с пальцев и отбрасывая кость речной птицы. – Клянусь небом, я даже не скажу тебе: «Я же говорил». Хотя на самом деле говорил, и много раз.

– Элизе с нами не место, – сказал я, убеждая скорее себя, чем Тора с Халваром.

– Именно, – согласился Тор. – Она сыграла свою роль, теперь для нее же лучше держаться от нас подальше.

– Как трогательно вы думаете вслух. Будто стараетесь убедить судьбу, что привела ее к нам. Будто судьбе важно ваше мнение. Элиза – его хьярта, песня сердца нашего принца.

– Правда? – со смешком фыркнул Тор. – Когда это ты так размяк?

– Из нас троих я всегда был самым чутким любовником, хотя я тверд как скала.