Ошибка сказочника. Школа Бессмертного

Хранители повернулись к Муару. Он скривил тонкие бескровные губы.

– Ладно. Раз вы настаиваете… Но дайте мне сначала потолковать с парнишкой. И если уж ничего не получится…

– Нет! – отрезала Ланит. – Ты отправишься сегодня. Сейчас же. Я больше не намерена заставлять страдать мою девочку. У неё тонкая чувствительная душа, она не сможет долго выдержать в Зеркалах этой ведьмы.

Муар поднялся.

– Я, конечно, начну переговоры, – тихо сказал он. – Но какие у меня будут полномочия?

– Выясни, что ему надо, – ответил Куан.

– Ну разумеется, – пробормотал Муар.

Он коротко поклонился и вышел из зала.

Глава 8

Переговоры

Марья открыла дверь и отпрянула. Соловей стоял, упираясь руками в косяки и загораживая проход.

– Надо поговорить, – коротко сказал он.

Марье пришлось посторониться. По виду Соловья было понятно, что сегодня от него избавиться не получится и поговорить придётся.

– Ну заходи, – пригласила она.

Приглашать было не надо. Соловей уже ходил по гостиной, осматривая украшенные резьбой стены и чего-то выжидая.

Она поняла.

– Можешь идти, Наташа, – Марья кивнула черноволосой служанке, бросавшей тревожные взгляды то на хозяйку, то на Соловья.

Наташа неуверенно посмотрела на неё, поклонилась и вышла в горницкую.

– Ну говори, – Марья повернулась к Соловью. – Мы одни, никто не помешает.

– Да, если опять не придумаешь чего-нибудь, – буркнул Соловей, продолжая ходить и не глядя на неё.

Марья взмахнула рукой, нарочито громко захлопнув дверь и характерным щелчком показав, что заперла на замок. Вторым щелчком она заперла дверь в горницкую.

– Успокоился? Говори, Соловей. Или хочешь сразу, без разговоров?

Она повела рукой и открыла дверь в спальню. В проёме показалась широкая кровать под тёмно-синим бархатным покрывалом.

Соловей растерялся.

– Ты чего? – он бросил взгляд на кровать и тут же отвёл.

– Соловей! – Марья улыбнулась, медленно подошла, взяла за руку. – Ты же за этим пришёл. Взять обещанное. Не ходи вокруг да около, тебе это не идёт.

Она поднесла его пальцы к своей груди, прикоснулась. Соловей резко выдернул руку.

– Ты… ты что творишь?!

– А что? – Марья томно прищурилась, прикусила нижнюю губу.

– Угомонись! – выкрикнул Соловей, встряхивая её за плечи и с трудом удерживаясь, чтобы не дать пощёчину.