Книга вторая. Ангел второго уровня

– Пожалуйста! Не бросай меня здесь! – почти заплакала девочка. Значит, она действительно в отчаянном положении. Не могу пройти мимо девочек, когда они плачут и просят о помощи. Да и деваться мне особо некуда. При нашей с мамой жизни любой приработок необходим. Даже если ради этого придётся терпеть рядом девчонку – задаваку.

– Ну ладно, показывай свою кучу золота…

Айсфинг тут же приняла самый надменный вид и потребовала принести клятву. Я согласился – за гору золота можно подекламировать слова. Да и обманывать её я не собирался.

Дворецкий принёс свиток в дорогом футляре, развернул и начал произносить слова клятвы. Я повторял. Айсфинг вертела в руках красноватый камень и что-то нашёптывала. Все это мало отличалось от тех клятв быть хорошими и послушными мальчиками, которые мы каждый год давали на весенних фестивалях изобилия. Но когда после заключительного слова «клянусь» из камня вырвался туман красного цвета и заполз мне в рот, меня опять посетили самые нехорошие предчувствия. Дворецкий не замедлил их подтвердить:

– Теперь молодая госпожа имеет власть над тобой.

Если ты предашь её, она сможет сделать тебе очень больно, где бы ты не находился. Ты даже можешь умереть от боли.

Так, значит, девчонка была магичкой? В моём мире маги были самыми богатыми и могущественными людьми. Они водили в бой армии и советовали великим князьям. Впрочем, чего ещё следовало ожидать, при таком дворце? Ну я и влип! От избытка чувств самым красноречивым ответом, который я смог выдать, было мрачное «Угу».

– Ну вот и здорово! Давай сейчас поедим, а потом пойдём драгоценности собирать? – неожиданно весело прощебетала моя новая госпожа.

Идея поесть была самой здоровой в этих условиях. От волнений у меня живот уже прилип к спине.

Дворецкий накрыл нам обед в огромной пиршественной зале. Меня усадили за стол напротив Асфинг, и мне это совершенно не понравилось. Хотя этот зал и назывался «малым пиршественным», он был очень большим, из-за чего каждое слово передразнивало неутомимое эхо.

Кроме того, стол был настолько длинным, что докричаться до Айсфинг не было никакой возможности. После первых фраз я попросил разрешения сесть поближе, сбоку. Эта просьба вызвала неожиданный энтузиазм у дворецкого:

– Вот и правильно, нечего ему сидеть, как равному, пусть по левую руку сидит. А ещё лучше – стоит и прислуживает.

– А так хотелось представить, что обедаю с первым рыцарем, – недовольно пробурчала княжна с набитым ртом, – ну да ладно, путь садится.