Венец из Белых лилий

Как началось это, я сразу понял, что что-то не так. Весь храм обошёл, нет запаха! А сердце то щемит, да дышать-то, какие мои годы. А как плохо стало, девка то, одна из этих. подошла. Так я вообще чуть в Мир Мёртвых не ушёл.

– Что рыцари сказали?

– Ай, – старик махнул рукой. – Сначала послушали, а потом, мол, причудилось тебе, дед. Какая скверна от монахинь. Но я-то знаю, – он соединил три пальца и постучал по груди. – У меня же сердце щемит. Дурно.

Тяжело вздохнув, Мир взглянул на голубое небо. Ничего путного ему старик не расскажет.

– Так я что сделал, – не унимался тот, ударив демона тыльной стороной ладони по груди и крепче сжимая дрожащей рукой трость. – Возьми, и выйди на улицу ночью, как туман спускается. А что мне, старику, терять? Интересно ведь, а тут как раз эта, – взмахом указал куда-то в сторону. – Чертовщина началась. Ну, чудовище по городу бродить начало, да не просто ходить. Из жилого дома вышло, вот, мнем, как раз семейство Риг, у них, давеча, сын умер.

– Хех, и не боялся, дед?

– А чего мне? Молодёжь, она ж не знает старых правил. Так я чего говорю-то. Вышел из дома аккурат перед закатом. Тумана нет. Ждал-ждал. А оно вон чего было, – старик подвинулся ближе, и с каждым сказанным словом грозил пальцем. – Чуть горизонт почернеет, со стороны храма – туман! Да всё сильнее!

– Храма? – Мир оживился и выпрямился. – Дед, не шутишь?

– Да чтоб я в Инсель попал! Правду говорю! – старик оценил заинтересованность незнакомого собеседника.

– Дед, давай без этого.

– А-а, ну да, – он продолжил более тихо, чуть наклонившись вперёд. – Я было думал, пойду ближе. А не могу. Сердцу тяжко. Я домой. А по пути глядь! Чудовище из дома Риг ползёт. И мимо меня – шнырь! А на нём, – старик махнул рукой, вынуждая демона наклониться ближе. – Доспехи. Следом девки, а убивать его не спешат, всё смотрят да перешёптываются.

– Доспехи? – удивился Мир. – Не путаешь?

– Небесным Зверем клянусь, – уверенно шепнул он. – Да чудовище-то странное. Очень на человека похоже. И говорит ведь.

– Что говорит?..

– Не услышал, – старик выпрямился и стукнул тростью по земле. – Слух, сынок, подводит. Я, на утро, к рыцарям. А они смеются надо мной. Я, мол, мне к капитану надо, а они мне «Иди дед, в больницу, галлюцинация». Но чудовище-то! Чудовище все слышали.