Три судьбы—2

Но, проследив за работой нового зама, обнаружил, что тот начал чистку рядов собственными методами, достаточно эффективными, и не стал ему мешать.

В очередную «банную субботу» Мудров попросил Михеева проверить информацию, которую Рунов сообщил о деятельности преступной группировки. Начальник ФСБ поручил своему новому руководителю отдела по борьбе с экстремизмом изучить ситуацию. И тот вскоре шефу доложил:

– У нас есть оперативная информация, что в области действуют жулики, которые создали группировку и разводят бизнесменов на бабки.

Милиция в отношении прокуратуры дело завести не могла, но в отношении контрабандистов – запросто. Так родилось дело под кодовым названием «цеховики», в разработке которого МВД заручилось поддержкой ФСБ. Начальники двух этих структур нашли консенсус и в отношении Вячеслава Рунова, который оказался в анекдотической ситуации.

Горячев как-то зашёл к Мудрову и предложил:

– Алексей Павлович, смотрите, что у нас получается. Рунову нельзя занимать свою должность, но в судебном решении не написано, что он не может занимать вышестоящую.

– Согласен. Готовьте приказ. Рунов был замом – назначаем его начальником оперативно-розыскной части.

Дело братьев Гримм

Омск, март 2006 г

Леонтьев потёр ноющий висок, но при этом порадовался тому, что частенько случавшиеся сразу после операции приступы острой головной боли его больше не беспокоят. Перед ним сидела классическая длинноногая блондинка, которая выглядела бы довольно хорошенькой, если бы не покрасневшие от слёз глаза и распухший нос, который она постоянно тёрла несвежим скомканным платком и при этом беспрестанно повторяла:

– Меня уже допрашивали.

– В том-то и дело, уважаемая Алина Олеговна! Вы говорили, что ничего не знаете. А теперь расскажите то, что знаете. Списки присяжных, а также карточки персональной информации хранились в вашем рабочем сейфе, доступ к которому, как секретарь суда, имеете только вы. И дубликатом, как показала экспертиза, он не открывался.