В объятиях хищника

Глупое слово!

Я повторяю его от безысходности.

– Хорошо, – Хищник произносит его с хрипотцой, обдавая мое тело нервным жаром, я запутываюсь в своих реакциях, я не знаю бояться его или как раз довериться.

Хотя бы попробовать.

– Ты сейчас будешь делать всё, что я скажу, – он давит уверенным голосом босса, которому подчиняются с одного слова. – Сразу и без вопросов.

Он наклоняется ко мне, на мгновение нажимая горой мускулов на мою спину.

– Кивни, если поняла.

Я киваю. И забываю, как дышать.

В комнате постепенно становится светло. Глаза привыкают к полумраку и я начинаю видеть очертания мебели. А он значит уже видит мое тело, с которого сдернул полотенце и бросил его на пол.

– Перед тобой стоит тумба, – голос Хищника звучит глубже и отдается властным эхом, как гипноз, который проникает глубже и глубже в тебя. – Наклонись и упрись в нее руками.

Что…

Паника яркой стрелой пронзает мысли.

Зачем мне это делать?

Чего он хочет от меня?

– Малышка, – он бросает ласковое слово со стальной интонацией.

Я киваю, собираясь с силами, и делаю, как он приказал. Выгибаюсь, кладя ладони на низкую тумбу.

– На меня, – он командует. – Еще. Да, так…

Он делает шаг и чиркает тканью брюк по моей коже. Я вздрагиваю и едва не падаю, но он кладет широкие ладони на мои бедра, удерживая на месте. Еще движение, и я чувствую, как пряжка его ремня впивается в кожу.

– Боишься? – Хищник ведет ладонью по моей спине, раскатывая жар по моей чувствительности.

– Не надо. Пожалуйста…

– Это не угроза, – он обрывает мою мольбу. – Ты этого боялась? Оказаться подо мной?

Он ждет ответа, замолкая.

– Да… да…

Он сгребает меня в охапку за одно мгновение и бросает на кровать. Я не успеваю осмыслить перемену, как он дергает одеяло и дотягивает его до моего подбородка укрывая.

– То, чего ты боялась, случилось, – выдыхает он мне в лицо. – И ты жива и невредима. Тебе точно не стоит бояться меня, я умею контролировать себя.

Хищник проходит к другой стороне кровати. Я коротко смотрю в его сторону, только чтобы знать, где он, но задерживаюсь, замирая. Становится ясно, что он останется в спальне вместе со мной. Что мы будем спать в одной кровати.

Он без спешки расстегивает пуговицы рубашки, которые мерцают металлическим блеском в полумраке. Одну за другой. Я почему-то не могу отвести глаза и с внутренним напряжением наблюдаю, как он раздевается.