Избранное. Том 2. Историческое и настоящее

«Путин, – признавал впоследствии Валентин Григорьевич, – все-таки несколько лет назад, можно сказать, спас Байкал от грозившей ему беды, когда принял решение отодвинуть нефтяную трубу по берегу Байкала на безопасное расстояние. Мы, болеющие за судьбу уникального чуда природы, этого поступка, который стоил, должно быть, немалых дополнительный затрат, не забыли».

Некоторое время спустя, 2 августа 2009 г. состоялась личная встреча писателя с В. В. Путиным, в то время премьером, на Байкале.

«Наша встреча с председателем Правительства, – вспоминал В. Г. Распутин, – состоялась на Байкале, на дрейфующем посреди озера корабле. Я начал с того, что припомнил слова А. И. Солженицына о главной задаче власти – сбережении народа. А сбережение народа – это не только обеспечение его работой и прожиточным минимумом, но и сохранение России в ее нравственном, духовном и культурном обликах, в сохранении природы – матери народа.

В. В. Путин не перебивал меня, но только до той поры, пока я не заговорил о Богучанской ГЭС, о том, нет ли возможности, если не прекратить ее строительство вовсе, то хотя бы отказаться от увеличения отметки верхнего бьефа. Ответ Путина был: уже поздно. А что касается следующей гидростанции на Ангаре (в планах на будущее она существует), по ней, сказал он, еще нет окончательного решения.

А буквально через неделю после этой встречи грохнулась Саяно-Шушенская. Конечно, это случайность, что трагедия произошла вскоре после нашей встречи. Но какая-то уж очень назидательная случайность.

А еще позднее стало известно, что на Байкале возобновляет свою работу целлюлозный комбинат.

Эта новость повергла защитников Байкала в недоумение и растерянность. Это что же, опять начинать все сначала?

Наверное, В. Путин, спускавшийся прошлым летом на дно Байкала на глубоководном аппарате «Мир-1», не нашел там никакого загрязнения.

Таким образом, «прения с властью» нельзя было почитать завершенными, как и сами эти отношения, хоть в какой то мере, гармоничными.

Но если нам понятно, что было нужно Валентину Григорьевичу от власти, то нет столь однозначного ответа на вопрос, что же нужно было последней от писателя.