Магнатъ

Из-за стены доносились железный лязг, молодецкое уханье и отдельные слова, складывающиеся во всякое непотребство:

– По башке ему, Егорка!!!

– Шевели ж…!!!

– Да ты руку, руку ему отсуши, дурень!

– Наддай!

Переглянувшись, аристократы прошли внутрь и смогли понаблюдать окончание весьма занятного поединка. Между русским дружинником времен Киевской Руси и рыцарем Тевтонского ордена – валялся на земле разбитый щит, на латах виднелись царапины от пропущенных ударов и редкие вмятины… Но увесистые мечи по-прежнему были целы и упорно не желали прекращать свой спор:

Цданг-данг, даннг-цданг!.

В этой дружеской встрече явно выигрывал дружинник, но победил, как это ни было странно, князь Агренев – заметив, как разбегается группа поддержки, двое поединщиков невольно отвлеклись друг от друга. Поглядели по сторонам, увидели Александра, дернулись было куда подальше…

– Здесь у меня, как ты сам видишь, арена исторического фехтования. Настоящие доспехи, мечи, алебарды и все такое прочее.

Русский богатырь и «пёс-рыцарь», скромно потупив очи, приблизились, позволив разглядеть неброскую гравировку на шлемах. «Ратмир» у первого, ну и «Ганс» у второго.

– Лука Иванович, а кто это у тебя в противниках?

Коротко звякнул шлем со слегка перекошенным забралом, и на свет божий появилось потное и изрядно багровое «личико» почти двухметрового детины.

– Егорка, из грузчиков.

Михаил, как раз глянувший на друга, заметил, как изогнулась в молчаливом вопросе его бровь.

– Пятый комплект ну прямо как на него ладили, вашсиятство. К тому же делом этим дюже интересуется – у меня же, ну как на грех, помощник приболел, а больше ни у кого нужной сноровки да силушки не было… Да и желания в Гансы-то идти. Всем Ратмира да Муромца подавай! Вот и натаскиваю помаленьку.

– Раз такой талант, то и взял бы его к себе.

– Будет исполнено, вашсиятство!

Великий князь, заинтересованно косивший глазом на рыцарский меч, не утерпел и шагнул вперед:

– Можно?

После неприметного, но очень хорошо слышимого тычка кольчужной рукавицей в бронированный бок грузчик старательно поклонился (вернее, попытался это сделать) и передал свой полуторник на высочайший смотр.