Песнь экстаза

Осталось всего триста двадцать одно одолжение, и я уверена, что расплата за остальные будет гораздо серьезнее.

Я в очередной раз провожу по губам кончиком пальца. Вчера вечером я ошиблась. Когда-то я была небезразлична Десу. Но он относился ко мне не так, как я к нему: я любила его всем сердцем, он был для меня единственным, самым лучшим из всех. В тот день, когда он меня покинул, мое сердце едва не разорвалось; нанесенная им глубокая рана не затянулась до сих пор, и ни алкоголь, ни другие мужчины, ни работа не помогли мне исцелиться.

Да, на мне висит огромный долг, но я не сожалею о том, что когда-то просила Торговца об услугах – не сожалела ни одного мгновения. Он помог мне избавиться от монстра – за это я продала бы ему даже душу. Но при мысли о том, какую цену мне еще предстоит заплатить, меня охватывают неуверенность и тревога. Он может потребовать у меня все, что угодно.

Я говорю себе, что нужно позвонить Эли.

– Привет, детка, – доносится из трубки низкий, хриплый голос Эли. Он не любит долгих разговоров и секретов; последнее как раз и угрожает нашим отношениям. Ведь у меня секретов не меньше, чем у Торговца, который зарабатывает на жизнь чужими тайнами.

Эли прекрасно понимает, что я многое скрываю от него, и мужская гордость побуждает его настойчиво уговаривать меня стать с ним более открытой. Оборотни по натуре чертовски откровенны.

Я стою, облокотившись о кухонный стол.

– Эли… – В голову ничего не приходит, и я в досаде потираю лоб. Я начала морально готовиться к этому дню уже очень давно, но легче от этого не становится. Я собираюсь с силами и предпринимаю вторую попытку. – Эли, мне нужно рассказать тебе кое-что о себе. И я знаю, что это тебе очень не понравится.

Нельзя затягивать неприятный разговор; следует просто сказать, что мы расстаемся, и сбросить звонок.

– Все в порядке? – В его голосе явственно слышны угрожающие нотки. Это голос волка. Нет, сейчас не время обрушивать на него такие новости.

«Надо было сделать это несколько месяцев назад».