Школа богатырей. Пропавшие герои

Даже в трапезную не позволял выходить.

Еду ему носила Лиска. В другое время это было бы здорово, отрок всё ещё испытывал вину по отношении к девочке, но теперь с ним был Темник.

– Любимушко, я тебе покушать принесла, – ласково молвила Лиска, когда принесла еду в первый день.

– Это что за пигалица? – просвистел голос прямо из воздуха. – Ни кожи, ни рожи, а все туда же – хочет замуж за героя.

Любимка так вздрогнул, что едва не перевернул корзинку, что принесла Лиска. Отрок покраснел и выставил перед собой раскрытые ладони.

– Лиска! Не слушай! Это не про тебя! Это…

Девочка улыбнулась ему, как ни в чем не бывало, и принялась доставать из корзинки тарелочки и свёртки.

– Хотя, что это я, – продолжал язвить Темник. – Какой герой? Герой давно почил. А вот то, что от него осталось, пожалуй достойно этой безродной уродливой сиротинушки!

Любимка с испугом вытаращился на Лиску, но та продолжала расставлять еду на крохотном столике.

– Постой, она тебя не слышит? – проговорил Любимка в пространство.

– Конечно, – тут же отозвалось прямо из воздуха. – Я сделал так, чтобы меня слышал только ты. Можешь не беспокоится, эта уродка не уловит ни звука свой пустой башкой.

– Не называй её уродкой! – воскликнул Любим. – И башка её не…

Он осёкся, встретившись с недоуменным взглядом Лиски. В ушах хихикнуло:

– Прости, я погорячился. Пустая голова не у этой уродки. Пустая голова у тебя. Да, она не слышит меня, зато она прекрасно видит и слышит тебя.

– Любимушко… – проговорила девочка.

Она робко протянула к его голове тонкую ручку.

– Ничего. Я стану любить тебя и таким!

В ухе мерзко расхохотался Темник, Любимка смутился и опустил взгляд.

С тех пор так и повелось. Темник не унимался ни на миг.

– Опять эта уродка, – кричал он, едва девочка переступала порог. Любимка крепился и молчал.

– Эта прыщавая, тощая, бестолковая уродина. Как ты можешь её терпеть?

Лиска глядела на него своими любящими глазами, улыбалась и доставала из корзинки стопку блинов.

– Я вот тут для тебя… Сама…

Любимка снова крепился и молчал, но стоило ему поднести блин ко рту и откусить, как над ухом звучало.

– Приятного аппетита, Любим. Но я должен рассказать тебе, что пока она отвернулась, в закваску упали несколько жуков и паук! Я сам видел. Чуешь, как хрустят на зубах их панцири…

Любимка менялся в лице и отдёргивал блин.