Корона тьмы. Сумеречные боги

Коротко стриженный, с каштановыми волосами, он смотрел на девушку с таким серьезным выражением лица, которое любому другому могло бы показаться пугающим. Но только не Зейлан, которая ответила ему упрямым взглядом.

– Послушник Санвинс, – кивнула она.

– Послушница Аларион, – ответил Этен, который больше ни секунды не мог оставаться серьезным. Уголки рта парня дрогнули, и на его лице появилась широкая улыбка. Раскинув руки, Этен подошел к девушке и заключил ее в такие крепкие объятия, что ноги Зейлан потеряли контакт с полом.

Она рассмеялась. По крайней мере, один человек на этой Стене был рад снова увидеть ее.

– С возвращением! – Этен наконец выпустил ее из объятий.

– Спасибо, я тоже очень рада вернуться. Что я пропустила?

– Ничего особенного. Мы тренируемся, потом спим. Вот и все.

– Ну, тренировки я вижу, – заметила Зейлан, многозначительно оглядев верхнюю часть тела Этена. Рубашка парня была расстегнута; под ней четко прорисовывались мускулы. Будучи сыном фермера, Этен, который привык работать в поле, всегда был одним из сильнейших новобранцев, но за последние несколько недель его фигура стала еще более впечатляющей.

Щеки Этена тронул легкий румянец.

– Но ты, наверное, все равно лучше меня.

– Это мы можем выяснить.

Этен рассмеялся:

– Завтра. Ты ведь будешь тренироваться с нами, да?

– Само собой. А как же иначе? – Зейлан еще не говорила об этом с фельдмаршалом, но планировала как можно скорее приступить к тренировкам. Нужно было побыстрее наверстать упущенное.

– Даже не знаю… – Этен смущенно пожал плечами, сунув руки в карманы брюк. То были грубые руки с отчетливо выступающими венами. – В конце концов, ты ведь здесь с принцем Кираном.

Она нахмурилась:

– А при чем тут это?

– Наш большой мальчик хочет сказать, – раздался голос за спиной Зейлан, не дав Этену объясниться. Обернувшись, Хранительница совсем не удивилась, увидев направляющегося к ней Деррина Армвона, светлые волосы которого были зачесаны назад, – что мы все думали, что ты теперь что-то вроде подстилки для Кирана.

Глаза Зейлан сузились. Ни минуты. Ни минуты не прошло, как ей захотелось, как и тогда, вонзить в живот этого благородного дворянина острый кинжал. Хорошие были времена.

– Что? Язык проглотила? – расхохотался Деррин, и следом за ним загоготали его отвратительные дружки.

Крепко сжав руки в кулаки, Зейлан сделала глубокий вдох.