Корона Тьмы. Рождение магии

Амарун Мортимер отметил инкрустированной короной, что являлось, без сомнения, символом королевской религии. Нихалос символизировал фонтан, Даарию – роза. Что это означало, Фрейя могла только догадываться, чувствуя, как в ней поднимается чувство зависти. Насколько свободным должен был быть Мортимер, если он мог посещать все эти места?

– Что ты думаешь о карте?

Элрой шагнул к ней и заглянул через плечо девушки.

– Она посредственна.

Фрейя в ужасе воззрилась него, в Норвелл стал возмущенно хватать ртом воздух.

– Посредственна?

– Да, у него бывали и более красивые карты.

– Мне она кажется прелестной, – бросила Фрейя.

– Вы можете получить ее, – сказал Норвелл.

Она взглянула на торговца.

– Я думала, что они уже проданы.

– Да, но я лучше вам… если вы хотите.

Искушение принять предложение завладело Фрейей, но после недолгого колебания она все же отрицательно покачала головой. Другой ценитель красивых вещей обнаружил это сокровище до нее и, наверно, радовался, что скоро заберет свою карту.

– Будьте так добры и оставьте одну карту для меня при следующей поставке.

Норвелл кивнул.

– Конечно, принцесса.

Фрейя поблагодарила и купила один из роскошных блокнотов, словно созданный для того, чтобы записать то, что девушка пережила в Мелидриане. Вместе со своим волшебным кубиком она будет хранить его под незакрепленной половицей под своей кроватью до тех пор, пока не станет королевой и такие записи больше не будут под запретом.

Она расплатилась с Норвеллом, взяла записную книжку и вместе с Элроем вышла из магазина. Прижимая покупку к груди, Фрейя кончиками пальцев ощущала мягкую кожу. Гвардейцы, ожидавшие снаружи, проводили их обратно к карете, которая тотчас же тронулась в путь. Фрейя положила записную книжку в коробку, которую позже собиралась отнести в свою комнату.

– Какова наша следующая цель? – спросил Элрой.

– Парфюмерия, – ответила Фрейя, краешком глаза заметив, как мужчина что-то вытаскивает из кармана своего мундира. Она узнала браслет, который несколько минут назад видела на одной из витрин Норвелла. Серебряное украшение дополняла подвеска из золота, выполненная в форме ключа.

– Ты что-то украл?

– Я пират, – холодно заявил Элрой. – Пираты крадут.

– Я думала, ты принц.

– Принц. Пират. Любовник. У меня много лиц.