Школа богатырей. Вольные люди

Ваше первое задание… – произнесла она рокочущим голос, – победить Завидку в поединке и забрать её перстень Смертного Греха.

Зрачки приобрели обычный размер, Варвара внимательно поглядела на Любима. Тот нахмурился.

– Как это – победить Завидку? – пробормотал он. – А как же…

Он оглянулся на Зяблика, которая как беспечная птаха скакала вокруг Смирны и о чем-то щебетала. Смирна робко улыбнулась и погладила дочку по голове. Кирюн странно поглядел на них, а потом отвернулся к городу.

– Значит, этим займётся кто-то другой, – понизила голос Варвара.

– А, – Любим махнул рукой. – На месте разберёмся. Зяблик, веди нас в Крохово.

Он широким шагом вернулся к кроховским и богатырю. Девочка просияла и побежала вниз по склону. Любимка шумно сверзился следом. Варька какое-то время глядела ему вслед, словно обсуждала что-то внутри себя, потом недовольно дёрнула головой.

– Ну что? Идём? – она посмотрела на Кирюна и Смирну. Было видно, что у них есть вопросы, но они так и не решились их задать.

***

Уже издали стало ясно, что с деревней не все ладно. Подъездная дорога заросла, тын местами упал, похожий на челюсть с выбитыми зубами. Трава на свободных от леса пространствах не кошена, хотя самое время для сенокоса.

– Неужели в Крохово не осталось взрослых? – проговорила Варвара хмурясь. Зрачки её пару раз дрогнули, Любиму показалось, что это раздражение передалось ей от отца.

Впереди в кустах малины раздался треск и хруст. Любим выставил руку, придерживая Зяблика с мамой.

– Может медведь… – проговорил Любим.

– Ты же его победишь? – обратила к нему доверчивые глаза девочка.

– Ну что ты, – ответил юноша. – Не хотелось бы обижать мишку. Давай станем громко шуметь, чтобы он тоже нас услышал.

Девочка послушно принялась топать и хрустеть веточками. Не смотря на их старания в кустах не затихло. Шум сделался ещё более громким и даже раздражённым.

– Моё! Моё! – бормотал он, запихивая ягоды за пазуху. Грудь была красной от сока.

– Не подходите к нему… – прошептала Смирна. – Дядя Сёма. Если его не трогать, он не нападёт…

Мужик остервенело рвал листья, потом вдруг застыл, уставившись неподвижными глазами перед собой. Из уголка по щеке скатилась слеза.