Гипнотизер

– Объясни, почему была открыта входная дверь, объясни, почему…

Она замолчала, не зная, надо ли рассказывать все.

– В кухне совершенно точно пахло сигаретным дымом, – наконец сказала она.

Эрик рассмеялся, и Симоне покраснела от злости.

– Почему ты не веришь, что здесь кто-то был? – сердито спросила она. – После всего дерьма, которое на тебя вылили газеты? Ничего удивительного, если бы сюда забрался какой-нибудь псих…

– Ну хватит, – перебил Эрик. – Это нелогично, Сиксан. Кому, ну кому придет в голову залезть в нашу квартиру, открыть холодильник и морозильник, покурить – и уйти?

Симоне швырнула полотенце на пол:

– Не знаю! Не знаю, но кто-то же это сделал!

– Успокойся, – раздраженно бросил Эрик.

– Успокоиться?

– Можно мне высказаться? По-моему, в сигаретном дыме нет ничего странного. Скорее всего, кто-нибудь из соседей курил на кухне рядом с вытяжкой. У нас вентиляционный канал проходит через весь дом. Или какой-нибудь страшный человек закурил на лестнице, не подумав о…

– Не надо говорить со мной, как с дурой, – коротко огрызнулась Симоне.

– Ну ради бога, Сиксан, не думай, что нам оказали какую-то особую честь. Я уверен, что ничего опасного нет и этот дым можно объяснить как угодно.

– Я знаю, что когда я проснулась, в квартире кто-то был, – тихо сказала Симоне.

Эрик вздохнул и вышел из кухни. Симоне посмотрела на грязно-серое полотенце, которым она вытирала пол возле холодильника.

Вошел Беньямин, сел на свое обычное место.

– Доброе утро, – сказала Симоне.

Он вздохнул и подпер голову руками.

– Почему вы с папой все время врете?

– Мы не врем, – запротестовала она.

– Врете.

– Ты так думаешь?

Беньямин не ответил.

– Ты вспомнил, что я тебе сказала в такси…

– Я много чего вспомнил. – Беньямин повысил голос.

– Не кричи на меня.

– Забудь, пожалуйста, что я что-то говорил, – вздохнул Беньямин.

– Я не знаю, как у нас с папой будет дальше. Все не так просто. Ты, конечно, прав – мы обманываем сами себя, но это совсем не то, что врать.

– Вот ты это и сказала, – тихо заметил Беньямин.

– О чем ты еще думаешь?

– Меня маленького не фотографировали.

– Ну как же не фотографировали, – с улыбкой сказала Симоне.

– Когда я только родился.

– Ты же знаешь, что у меня был выкидыш до… в общем, мы были так рады, когда ты родился, что напрочь забыли про фотографии. Я точно помню, каким ты был, когда родился – твои сморщенные ушки и…

– Перестань! – крикнул Беньямин и ушел к себе.