Гипнотизер

Я из полиции, комиссар по уголовным делам.

За дверью послышался какой-то звук, словно кто-то тяжело наклонился к щели, но потом отпрянул.

– Вы единственный знали, где живет Эвелин, – продолжил комиссар.

– Я ничего не сделал, – глухо сказал мужчина за дверью.

– Но вы рассказывали…

– Я ничего не знаю! – закричал Сораб.

– Хорошо, хорошо. Но я хочу, чтобы вы открыли дверь, посмотрели на меня и сказали, что вы ничего не знаете.

– Уходите.

– Откройте дверь.

– Какого черта… вы не можете просто оставить меня в покое? Я совершенно ни при чем, я не хочу, чтобы меня втягивали в это дело.

В его голосе была злость. Он замолчал, перевел дух, стукнул по чему-то в квартире.

– С Эвелин все в порядке, – сказал Йона.

В щели для газет заскреблись.

– Я думаю…

Он замолчал.

– Нам надо поговорить.

– Это правда? Что с Эвелин ничего не случилось?

– Откройте дверь.

– Я же сказал – не хочу.

– Было бы хорошо, если бы вы смогли поехать со мной.

Оба немного помолчали.

– Он бывал здесь? – неожиданно спросил Йона.

– Кто?

– Юсеф.

– Кто это?

– Брат Эвелин.

– Никогда его здесь не было, – ответил Сораб.

– А кто бывал?

– Вы что, не поняли – я не собираюсь вести с вами беседы.

– Кто сюда приходил?

– Я не говорил, что сюда кто-то приходил. Ничего подобного. Вы хотите меня одурачить.

– Нет, что вы.

Они снова замолчали. Потом за дверью послышались всхлипывания.

– Она умерла? – спросил Сораб. – Эвелин умерла?

– Почему вы об этом спрашиваете?

– Я не хочу с вами разговаривать.

Послышались удаляющиеся шаги, потом хлопнула дверь. В квартире заорала музыка. Спускаясь по лестнице, Йона подумал, что кто-то запугал Сораба и вынудил его рассказать, где прячется Эвелин.

Йона вышел на морозный воздух и увидел, что возле машины его поджидают двое парней в спортивных куртках. Услышав его шаги, они обернулись. Один уселся на капот, прижав к уху телефон. Йона быстро оценил их. Обоим на вид лет по тридцать. Человек, сидевший на капоте, был бритым, зато у второго волосы подстрижены, как у школьника.

На газоне лежал тонкий слой снега.

Йона, словно не заметив их, свернул к освещенному тротуару.

– Эй, мужик, – позвал один из парней.