Гипнотизер

– Приезжай и загипнотизируй его, – серьезно сказала Даниэлла.

– Нет, ни за что.

– Это единственный выход.

– Не могу.

– С тобой никто не сравнится.

– У меня даже нет разрешения заниматься гипнозом в Каролинской больнице.

– К твоему приезду оно будет.

– Но я обещал никогда больше не гипнотизировать.

– Ты можешь просто приехать в больницу?

Помолчав, Эрик спросил:

– Он в сознании?

– Скоро будет.

Он слышал в трубке свое собственное шумное дыхание.

– Если ты не загипнотизируешь мальчика, я разрешу полицейским войти.

Даниэлла отключилась.

Эрик остался стоять с трубкой в трясущейся руке. Тяжесть в глазницах покатилась дальше, в мозг. Он открыл тумбочку. Коробочки с попугаем в ней не оказалось. Наверное, забыл в машине.

Квартира была залита солнечным светом. Эрик пошел будить Беньямина.

Мальчик спал с открытым ртом. Бледное лицо выглядело утомленным, хотя Беньямин спал всю ночь.

– Бенни?

Беньямин разлепил сонные глаза и посмотрел на отца, словно видел его в первый раз.

– Уже вторник. Пора просыпаться.

Беньямин сел, зевая, почесал голову, потом посмотрел на телефон, висевший у него на груди. По утрам мальчик первым делом проверял, не пропустил ли он ночью сообщение. Эрик достал желтую сумку с нарисованной пумой, в которой были десмопрессин, алсолсприт, стерильные канюли, компрессы, хирургический скотч, болеутоляющее.

– Сейчас или во время завтрака?

Беньямин пожал плечами:

– Все равно.

Эрик быстро протер тонкую руку сына, повернулся к окну, чтобы было светлее, нащупал мягкую мышцу, постучал по шприцу и осторожно ввел канюлю под кожу. Пока жидкость медленно уходила из шприца, Беньямин свободной рукой нажимал кнопки телефона.

– Фигня, батарейка почти села, – сказал он и лег. Эрик наложил на руку компресс, чтобы остановить кровотечение. Беньямину пришлось сидеть довольно долго, прежде чем отец закрепил компресс специальным пластырем.

Эрик осторожно посгибал руку сына, потом потренировал его хрупкие колени и под конец помассировал ему ступни и пальцы ног.

– Ну как? – спросил он, не отрывая взгляда от лица мальчика.

Беньямин скорчил рожу:

– Как всегда.

– Дать что-нибудь от боли?

Сын помотал головой, и Эрик вдруг подумал о лежащем без сознания свидетеле, мальчике с множеством ножевых ран. Может быть, в эту минуту убийца ищет старшую дочь.

– Пап, ты чего? – настороженно спросил Беньямин.