Надежда

В перерыве я спросила:

– Мама, драться было глупо? Раз два жениха и одна невеста, значит, она должна выбирать? И еще непонятно, почему девушка говорила, что первый побил второго из любви к ней. Разве это любовь? Он же дрался из-за своей обиды, потому что его разлюбили!

– Сама девица виновата. Наверное, двойную игру ведет, – категорично заявила толстая тетя Наташа.

– Что это значит? – заинтересовалась я.

Ехидная ухмылка пробежала по сытому самодовольному лицу соседки:

– Двух кавалеров одновременно пасет.

– Ну, зачем вы так о девочке. Она, может, чего-то и не понимает, но не подлая, – возразила другая женщина.

– И чего судиться? Просто два парня подрались из-за девчонки, – поддержала разговор третья тетка, похожая на вопросительный знак.

– Драки не было. Было избиение, – возмутилась интеллигентного вида старушка. – Если приговор отменят, это будет означать, что можно безнаказанно наносить телесные повреждения.... Чего нам обижаться на молодежь? Кого воспитали, с теми и жить будем.

– От семьи все идет, – вздохнула совсем ветхая старушка.

В разговор вступила бойкая женщина из соседнего дома:

– Представляете, еду я с рынка с двумя сумками. На первом месте сижу. Подходит ко мне девочка и говорит: «Перейдите, пожалуйста, в середину вагона. Я хочу сесть рядом с мамой». Вежливо так обратилась. А я ей отвечаю: «Если ты мои сумки сейчас отнесешь на новое место, а потом, когда вагон будет переполнен, назад принесешь к выходу, я пересяду».

К нам подсел страшного вида мужик. Черты лица его были даже красивые, но выражение – злое. Фигурой он напоминал огромную беспокойную обезьяну. Я отодвинулась от него. Он заметил и успокоил:

– Не трону. Ты мне ничего плохого не сделала.

– А кто сделал? – зачем-то спросила я.

– Брат. Пришел я из армии, а он успел жениться и весь родительский дом занять.

Меня покоробила его беззастенчивая откровенность. Но тихая тайная жалость к несчастному победила, и я с подобающей детскому разуму наивностью предложила:

– А вы бы себе новый дом построили. Зачем в тюрьме жить? Разве это правильно?

Руки моего собеседника нервно вздрогнули и сжались в кулаки.