Надежда

С выражением плутоватой сметливости она извивалась всем телом, старалась ногами укрепиться на железном кольце, за которое цепляют трос. Не без некоторого содрогания столкнули-таки нахальную девчонку!

– Не звали! Нечего тебе делать в нашей компании! Иди в подворотню к своим оголтелым дружкам, – кричали ей мои друзья.

Но дерзкая девочка снова догнала машину и мертвой хваткой вцепилась в верхнюю доску кузова. Ребята вскочили, чтобы опять сбросить ее. Лицо настырной девчонки выражало непримиримость, злой азарт и твердое намерение во что бы то ни стало добиться желаемого.

Оно-то и злило ребят. Но по мере нарастания скорости грузовика их действия становились неуверенней, а потом и совсем прекратились. Они нехотя отошли от борта и сели спиной к неприятной соседке.

Своей скверной выходкой она разрушила радость поездки. Возбужденные разговоры затихли. Не знаю, о чем думали мои друзья, а я пыталась понять, как мне в дальнейшем вести себя с наглецами. К чести девчонки сказать, за всю поездку она ни разу не выругалась, но, видя наше подавленное состояние, чувствовала себя хозяйкой положения, смотрела на всех свысока и презрительно хмыкала.

Гримаса превосходства кривила ее лицо. А я, не найдя решения сложного вопроса, загрустила, ощутила беспомощность. Вот-вот готовы были выступить слезы сострадания к самой себе и к нашей компании. Я исступленно боролась с ними.

Когда вернулись во двор, все понуро вышли из машины.

До меня долетели слова разговора моих друзей:

– Надо было ее столкнуть, чтобы другой раз думала, прежде чем приставать! – грубо и определенно выразился Леня.

– А если бы шмякнулась и покалечилась? – это возразил Володя.

– Сама виновата. Ее не звали! – загорячился Леня.

– Предположим, это произошло. И ты не считал бы себя виноватым? – сумрачно спросил друг. – Я невольно содрогнулся от одной только мысли, что…

– Вот поэтому и появляются гадкие люди! Сдачи им никто не дает! – негодуя, с неожиданной злостью возмутился Леня.

– Что же ты отошел от борта?

Голос Володи звучал непраздно. Наверное, он, как и я, безуспешно пытался углубиться в «философские» дебри неожиданно накатившей серьезной проблемы взаимоотношений детей разного воспитания.

– Так все ушли, – неопределенно протянул Леня. – А вдруг она башкой об асфальт навернулась бы? Может, сейчас отлупим ее?

– У меня злость пропала.