Надежда

– Дай голову пощупаю. Может, там шишка или рана… Все в порядке. У тебя, наверное, легкая контузия. Это не страшно. Скоро пройдет.

Несколько дней я ходила «заторможенная», а потом опять стала нормальной. Щека долго болела, но меня это уже не беспокоило.

– Хорошо, что на лице следов не осталось, – сказала Наташа.

– Мне тоже с этим повезло. Только вот на теле…

Она распахнула кофточку, и я вздрогнула. Вся грудь Наташи была изрисована глубокими розовыми и синими шрамами.

– Мамка с маленькой сестренкой на руках в магазин побежала.

А я чаю захотела. Наклонила кипящий чайник, а он свалился на меня. Папка в усмерть пьяный лежал на кровати. Мамка нашла меня на кухне без сознания. Мне тогда пять лет было.

– Досталось тебе… Теперь понятно, почему ты такая осторожная. А я вечно во всякие истории попадаю!

– Наверное, ты очень любопытная, – улыбнулась Наташа.

– Любознательная, – весело поправила я подружку.

КОТЕНОК

Сидим с Толяном в траве у детдомовского забора. Он ест мелкие, с горошину, черные плоды с высокого корявого куста.

Меня угощает. Я пожевала незнакомые ягоды и сплюнула:

– Фу, гадость! Отрава какая-то.

– Это писклены, по правильному – паслены. С непривычки они тебе не нравятся. А мы все едим.

Я с сомнением передергиваю плечами и направляюсь к корпусу, где у дверей происходит что-то интересное.

Второклассницу Таню с черным котенком на руках я в первый момент не узнала. Платье на ней мятое, в темных пятнах, лицо жалкое, в волосах – солома.

И котенок такой же замызганный. Медсестра, морщась, уговаривала девочку:

– Он же в лишаях! Выкинь его за ограду, и пойдем в санпропускник.

– Не брошу, – упрямо твердила Таня. – Чернышу плохо. Без меня он пропадет.

– Но ты же заразишь своих подруг! Им придется два месяца делать уколы.

– Тогда и я не вернусь сюда. Буду с котенком жить, – размазывая слезы по грязному лицу, отвечала беглянка.

К нам подошла старшеклассница и хмуро сказала:

– Может, у нее роднее Черныша никого нет.

Оставьте его жить у Тани.

Медсестра не выдержала:

– Ладно, возьму к себе и вылечу.

– На что он вам? Обманете, – возражает беглянка.

– Кроме лишая, у него еще рана на животе. Если ее не подлечить, то все равно он умрет. Мне самой жалко котенка. А ты сможешь проведывать его. Будешь приходить к нему в гости? – продолжала уговаривать Таню медсестра.

Глаза девочки засветились. Она отдала Черныша и пошла за воспитательницей.