Месть без срока давности

– Надо, в программе сказано, что сегодня торжественный ужин, пассажиров будет приветствовать капитан, затем концерт, танцы и прочее. Посидишь при параде, а потом снимешь. Крысенька, мы идем в ресторан, остаешься за старшую. Проша, можешь полетать, только не хулигань и не ори, не позорь нас. Крыся посмотри, как мы тебе?

Та пару раз обошла вокруг Анны и Андрея и одобрительно тявкнула, Глаша повторила ее маневр.

– Дресс – код мы прошли, – засмеялась Истомина, – пойдем, муж, предаваться разврату. Они вышли из каюты и остановились на палубе, ожидая Гелену Казимировну.

– Анечка, ничего, что я ребятам пятерку подкинул?

– А я Алексею тоже конвертик сунула, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– Почему ему?

– Потому что Максиму Геля денежку дала. Пусть ребята развлекутся, отдохнут, расслабятся. Они это заслужили. Вот и наша красавица, как всегда в шляпке.

– Ань, она кота в корзине прет, салфеткой прикрыла.

– Не обращай внимания, Гелька мне до сих пор простить не может, что в ресторан, где отмечали наше бракосочетание, Крысю взяли, а Арни нет.

– А если ее с котом не пустят?

– Прикроем, а не получится, позовем Алексея Маркова на помощь, и он все уладит. Его визитка у меня в сумочке. Вот и наша молодежь, все в сборе, можно идти.

У входа в ресторан их встречал старпом, – добрый вечер, я провожу вас в зал. На всякий случай, мы зарезервировали несколько столиков на ваш выбор.

– Зато мы видим входную дверь и весь зал, Гелечка. Привычка, – улыбнулся Веселов.

– Ну, тогда ладно, буду подыскивать себе подходящего мужчинку. Эх, надо было лорнет для форсу прихватить из дому.

– Геля, откуда он у вас? – удивился Громов.

– Из сундука прабабки, она, то ли дворянкой была, то ли при дворе служила, может, его и уперла у барыни.

– Гелька, не начинай, – затряслась от смеха Анна, Машка уже визжит на плече у Саши. Успокаивайтесь, официант подходит, а мы еще меню не открывали.

– Молодой человек, несите нам все самое лучшее, чтобы мы могли оценить ваш тонкий вкус, – распорядилась Гелена Казимировна. Мужчины у нас пьют коньяк, дамы – шампанское брют и сухое красное вино из погребов Марии Антуанетты.