Женька и миллион забот

– Но ты же не собираешься топить своего Геночку в ванне! – вспылила Женька.

– Да бог с тобой! – Ниночка отмахнулась, перепугано попятившись. В короткое мгновение в ее живом воображении всплыла ясная картина: вот Геночка сидит в ванне, она подходит, хватает его за ноги и дергает… Ниночка болезненно поморщилась, Геночка как-то говорил, что еще два года назад занимался каратэ или у-шу или таэквандо… у него даже какой-то там пояс… нет, с каратистом лучше не связываться, мысленно решила для себя Ниночка, можно пяткой по физиономии получить.

 – Еще того не хватало! Он же меня покалечит, – машинально произнесла она вслух.

– А уж если и собираешься, то хотя бы подожди, когда распишетесь, разбогатеете и купите квартиру, – не слушая подругу, съязвила Женька, ринувшись через перекресток. – По крайней мере, тогда хоть какая-то выгода будет от убийства.

– Да не собираюсь я его убивать! – возопила Ниночка с таким отчаянием, что проходящая мимо толстая тетка невольно обернулась, а потом, прибавив шагу, быстро поспешила на другую сторону улицы, грузно переваливаясь с боку на бок, точно утка.

Неизвестно, до чего бы еще договорились подруги, если бы в этот момент Женька не узрела автобус.

– Быстро! – скомандовала она, и вприпрыжку припустила к остановке. Ниночка хоть и была на высоких каблуках, не отставала от нее.

Автобус был набит битком, Женька с трудом втиснулась на заднюю площадку, а Ниночку затерли, и она едва не осталась на остановке. Двери уже стали закрываться, когда несчастная невеста вдруг осознала тот факт, что общественный транспорт сейчас уйдет без нее.

По всей видимости, ужас перед угрозой остаться одной на темной улице придал ей столько мужества и сил, что растолкав мужчин, которые стояли впереди, она втиснулась на нижнюю ступеньку, и двери за ней захлопнулись, намертво прищемив подол платья.

– Девушка, вы мне ноги отдавили! – кому-то пожаловался дородный гражданин в сероватом костюме тридцатых годов, Ниночка не могла видеть его лица, потому что стояла, уткнувшись носом в его пухлый зад, что ее совсем не радовало.

– Извините, тесно, – послышался Женькин голос.

Автобус затрясло по колдобинам, потом он стал разворачиваться, и бедную Ниночку уложило на двери. Толстый гражданин своими телесами опасно придавил ее к створкам. Автобус остановился, двери за спиной угрожающе разъехались, и Ниночку вместе с потоком выходящих вынесло на остановку.

– Нам не здесь! – Женька суматошно махала руками.