Лунь

Ты мне нравилась, мы приятно проводили время, и родителей не обязательно было посвящать в наши отношения. Но теперь – другое, ты и я – вместе. Нам не нужно прятаться от них и скрывать нашу связь. Договорились, солнышко?

Ей понравилось, как я назвал ее, и милое личико мгновенно прояснилось.

– Ладно, попробую. А как насчет твоих родителей? Ты скажешь им обо мне?

– Обязательно. Я скоро поеду к ним, и все расскажу. У меня серьезные намерения,– предупредил я ее с улыбкой, отчего она порозовела и затихла.

– Твои родители живут в Германии?

– Да.

– А почему ты не уедешь жить к ним?

– Мне и здесь хорошо. Там я не чувствую себя дома. Возможно, в их возрасте и меня потянет на историческую родину.

– Ты немец?

– Русский немец,– подтвердил я.

– Ты знаешь, мой прапрадедушка тоже был немцем. Его фамилия была Петерс. Но потом в дореволюционной России начались погромы на немцев, и он убежал из города и сменил фамилию на Петров. Так мы стали русскими,– улыбнулась она.

– Значит ты – Олеся Петерс?– расхохотался я.

– Не смейся. Прадедушку ведь все равно убили.

– Упс, прости. Не догадался.

– Это было так давно. Но история повторяется. Видишь, что сейчас творится на Украине? Украинцы убивают русских, русские стреляют в украинцев. Смена фамилии не спасет от национализма.

– Придурков везде хватает,– подтвердил я.

Мы неслись в Подольск, но мне не хотелось приезжать туда, так как мы там расстанемся. Мой сотовый подал голос. Я глянул – Ник.

– Эй, приятель, куда ты пропал? Неужели с Алисой замутил?

– Немного,– соврал я. Мне необходимо было поддерживать ту версию, что я придумал для своего алиби.– Но сейчас я не с ней. Я с Олесей.

– Ничего себе! Очень шустро и неожиданно. Когда ты успел?

– Сегодня утром.

– Мне пора брать у тебя уроки мастерства,– хихикнул он.– Не хочешь вечером посидеть с нами?

– Нет, сегодня не могу.

– Ага, все понятно. Не буду отвлекать.

– Ты с Виолеттой?

– Ясное дело.

– И как она?

– Отлично. Передает тебе привет.

– Передай ей от меня тоже. Пока, Ник.

Олеся снова подозрительно смотрела на меня. Меня смешила ее ревность.

– Я люблю ТЕБЯ,– напомнил я ей, и она расслабилась.

– Что за Виолетта?– все-таки спросила она.

– Она была с Ником в ресторане.

– Эта та, что все время смеялась и смотрела на нас?

– Она самая.

– А почему они обе рыжие?

Я пожал плечами.