Утопия о бессмертии. Книга вторая. Семья

Ты ужинал? – Он молча кивнул головой. – Ну иди. Даша заждалась – прибегала, волнуется. Ещё раз благодарю за помощь. А ты, мальчик, где сегодня ночуешь? – обратилась я к псу. – Дома или на улицу пойдёшь?

Пёс отправился за Стефаном.

Закрывать за собой дверь Стефан помедлил, внимательно глядя на меня.

– Спокойной ночи, Стефан, – сказала я, и он закрыл дверь.

«Неужели этот длинный день кончился?!» – Я бегом бросилась к лестнице.

На самом верху влетела в объятия Серёжи – уложив принца, он шёл за мной.

– Открой глазки! Смотри на меня.

Мне нравилось, как жадно он оглядывает моё лицо, мою молочную грудь, волнующуюся при резких, с большой амплитудой движениях; как смотрит на область паха, а потом вновь возвращается взглядом в глаза. Низ живота наполнялся сладким напряжением. В миг взрыва я взлетела с кровати, и наши тела сплелись, содрогаясь в бесконечном наслаждении.

День второй

Стараясь высвободиться из-под руки Серёжи, я тихонько сползала с кровати. Утро только забрезжило, и Серёжа сонно пробормотал:

– Рано ещё, куда ты?

– Разбудила? Не хотела, прости.

– Вернись ко мне.

Коснувшись его губ, я теснее прижалась к горячему, расслабленному сном телу, я хотела силы его рук, власти языка.

– Маленькая…

Я горячо зашептала:

– Да, Серёженька, да… – рукой я устремилась к его паху и успела коснуться по-утреннему упругого пениса.

Он перевернул меня на спину и наполнил тоскующее лоно. Первые движения и мой стон разбудили всю мощь его желания.

Малыши проснулись поздно, в половине седьмого. Я покормила их, они заснули опять и Серёжа понёс их в детскую. Торопясь на конюшню, я быстро оделась и догнала Серёжу на лестнице. Серёжа поздоровался с Машей от порога кухни, а я зашла внутрь.

– Машенька, доброе утро! Благодарю за сок. – Ставя стакан из-под сока в мойку, я поцеловала её в щёку.

Свежевыжатый овощной сок Маша делает для меня каждое утро с того дня, как я объявила семье о беременности. Ставит стакан с соком на старинный (ах! с клеймом 84ПФ1803), серебряный разнос, доставшийся ей по наследству от мамы, а той от её мамы и так дальше к неведомому первому обладателю, и оставляет под дверью спальни. Приносить сок к дверям спальни её затея, я сначала сопротивлялась, но Маша обиделась, и я уступила.

– Доброе.