Утопия о бессмертии. Книга первая. Знакомство

Поток, по-видимому, трансформирует низкочастотные энергии – тело становится легким, ухо не слышит, но, кажется, каждая клеточка звучит победным ликованием. Что служит тем необходимым условием, чтобы одновременный оргазм стал реальностью? Любовь партнёров друг к другу? Думаю, это необходимое условие, но недостаточное. Тогда что? Партнёры находятся на одном энергетическом уровне развития? Они две половинки единого целого? Партнёры уже много жизней провели в качестве любовников? Ответа у меня не было.

Я уже обсуждала этот вопрос с Сергеем.

Он сказал, что технически в одновременной разрядке ничего сложного нет. Женщине чаще всего требуется больше времени для достижения оргазма, и умеющий контролировать себя мужчина может просто дождаться нужного момента. Ну, а когда партнёры давно вместе, они, так или иначе, сонастраиваются.

– Ты хочешь сказать, что для тебя одновременный оргазм – это постоянная составляющая секса? – спросила я.

– Нет. Но если я поставлю себе такую цель, это вполне достижимо.

Я испытала глубокое разочарование от его слов.

– Значит, наш одновременный оргазм – это просто исполнение твоей воли?

– Нет, не значит. Я не ставил такой цели. Во-первых, с тобой я пока не контролирую себя. Мне это попросту не удаётся. Во-вторых, я не вполне уверен, но у меня стойкое ощущение, что у нас совпадает сам момент взрыва. Если бы я ждал тебя, я всё равно бы опаздывал хотя бы на секунду. В-третьих, я очень хочу совпадать с тобой. Это как данность, как единственная возможность завершения секса.

Не знаю, откуда возникла такая необходимость, раньше я в ней потребности не ощущал.

– Поэтому ты сердишься, когда я успеваю раньше тебя?

– Я не сержусь, Маленькая, скорее… чувствую разочарование, что ли. Но ты набираешь новый потенциал, и мой оргазм всегда совпадает с твоим…

Я так и лежала поперёк кровати, погрузившись в анализ всего своего сексуального опыта, когда пришёл Сергей.

– Не спишь? – спросил он, снимая халат.

Я приподняла голову, взглянула в его глаза, столь спасительные для меня, уже родные, и прошептала, скорее себе, чем ему:

– Я тебя люблю.

Люблю. Я люблю тебя.

Он поднял меня на ноги, стянул с меня халат и, откинув одеяло, велел:

– Забирайся.

И когда я устроилась головой у него на плече, он, запнувшись, выговорил:

– Расскажи… расскажи о своей беде.

На мгновение я замерла, а в следующее мгновение оттолкнулась от него. Но его руки мягко удержали меня. Всё это сегодня уже происходило.