Убийство, похожее на месть

Дождавшись часа, когда звонки не вызовут негативной реакции, Бельмо начал вызванивать всех с женскими фамилиями. Вызубренная фраза звучала с одной и той же интонацией:

– Здравствуйте. Это вы, Ксения?

– Нет, – звучало в трубке.

– Извините, я ошибся.

И набирал следующий номер. И получал тот же ответ – нет. Бельмо устал, налил себе чаю, пил, разглядывая Державу, листавшего органайзер Японца, и Горбушу, изучавшего документы, будто он в них что-то смыслил.

– Ну и чего ты пялишься? – буркнул Держава, даже не взглянув на шефа.

– Думаю, нам надо афиши изменить.

– Как? – поднял изумленные глаза Держава.

– Хотя бы парики приобрести.

– Бабские? – поморщился тот. – Не, не надену. Ни за что.

– Наденешь, – сказал Бельмо, отхлебывая чай, – никуда не денешься. Как вспомнишь про трупы, не нами заделанные, так и наденешь. Да и новые ксивы добыть надо. Тачку тоже поменять следует, а то на ней прямехонько ментам в лапы приедем.

– А где… – Держава потер щепоть, что означало: где деньги брать?

– М-да… – призадумался Бельмо, поглаживая бороденку.

– В пивнушку, – хмыкнул Держава, – к Сандре.

– Нет. Пойдем либо в казино, либо в трактир для тех, кто бессовестно богат. Там я добуду энную сумму. Если, конечно, повезет.

– Не понял, – протянул тот. – А кто завязать собирался?

– Обстоятельства выше наших желаний, – вздохнул Бельмо почти со слезой в голосе.

– У дамочки-убийцы? – скептически уточнил Держава. – Так она и отдаст!

– Отдаст. За наше молчание. Итак, за дело. Машину не трогайте, возьмите рикшу (на их языке это означало такси). Сначала цепи, потом парики. На вещевом рынке посмотрите, там дешевле. Потом поищите, кому загнать тачку без формальностей.

– Да номера другие поставить и перекрасить.

– А марка? Если будут шмонать марки, нас и в париках узнают.

– Да кто знает, на какой машине ты приезжал к Японцу?

– Поостережемся. Нам же пожизненный срок маячит! Мне-то уж точно. На кого я брошу своего единственного ребенка? Чертовой бабушке я обещал присмотреть за Сандрой. Вперед!

Держава и Горбуша послушно удалились выполнять поручение, а Бельмас снова принялся выбирать из записной книжки телефона Японца женские фамилии.

– Нет… Нет… Нет… – слышал в ответ.

И вдруг:

– Да, я.