Спаси меня

Незнакомка перевела недоуменный взгляд на Колотова, но тот воспринял бормотание Макара как само собой разумеющееся, сказал:

– Разреши, Макар, представить. Это Алина Дюбери, она приехала из Бельгии.

– Очень приятно, – пожал плечами Макар, давая понять, что ему глубоко безразлично, откуда прибыла Алина. Он спросил Дергунова-два, который оперся рукой о спинку его стула и рассматривал незнакомку с иностранной фамилией с огромным интересом: – Чего ей от меня нужно?

Но ответил не Дергунов-второй, а Колотов:

– Немного терпения, Макар.

Что будешь пить?

– Сначала дело, – коротко сказал он, приподняв ладони.

– Ну, тогда дело вот в чем. Алина не может найти родную сестру. Она не была здесь десять лет, приехала к сестре, а ее нет. Никто не знает, где она живет.

– Это не по моей части, – насупился Макар, так как дело гроша ломаного не стоит, побеспокоили его зря. А раз зря, стало быть, бабки отнимут. Нет, он мог бы ударить кулаком в грудь, мол, я справлюсь, хотя дело трудное и т.

 д. Но, считая своим достоинством порядочность, сказал правду: – Обратитесь в специальные службы, ее отыщут по прописке через компьютерную сеть. К счастью, прописку у нас никто не отменял.

Собственно, на этом можно было закончить свидание, но захотелось выпить, тем более что официант принес вино и коньяк, поставил на стол закуски. Только теперь никто не предлагал ему выпить. Алина утонула в печали, Колотов закурил сигарету, поглядывая на Макара с укором.

Кажется, пора и честь знать, ибо просто так, из добрых чувств, его поить вряд ли станут.

– Не торопись, – тихо предупредил Дергунов-два, когда Макар решился встать и попрощаться. – Они не все сказали.

– Молчание не есть недосказанность, молчание есть конец, – ответил он.

– Что вы сказали? – встрепенулась Алина.

– Так, мысли вслух, – не смутился Макар.

– Макар иногда разговаривает сам с собой, – пояснил ей Колотов, наливая даме вино, а себе и Дергунову коньяк.

 – Впрочем, диалоги с самим собой ведут многие люди, но скрывают это, как недостойный факт, ведущий в дом умалишенных.

– Слышь, – обратился Макар к Дергунову-два, – он намекает, что я псих.

– Ты и есть псих, – подтвердил тот шепотом, будто его кто-то кроме Макара способен увидеть и услышать. – Потому что горький пьяница.

– Вы неправильно поняли Дениса, – вступилась за друга Алина. – Он не хотел вас обидеть, а если обидел, простите его.