Синий, белый, красный, желтый

Несмотря ни на что, Нина его не предаст, бывший почти муж хорошо это знал. Да, она изменилась, он еще не раз в этом убедится. Но она порядочный человек, так пусть Глеб платит за ее порядочность. Нина еще раз проверила, надежно ли заперты парадные двери, затем с Глебом вышли через черный ход. Она направилась к своей «копейке», но он предложил поехать на его машине. Нина фыркнула:

– Брезгуешь на отечественных кататься?

– Моя ездит быстро, – возразил он.

«А, понятно, – думала Нина, плетясь за Глебом, – деру дать на твоей машине легче и жалко бросать.

Увидев автомобиль Глеба, Нина присвистнула:

– Ты теперь ездишь на автобусах?

– Это джип, – сказал он, открывая Нине дверцу… нет, дверь… нет, ворота! – Одна из последних моделей. Садись.

Усевшись в мягкое кресло, пробежав глазами по приборам, Нина вздохнула:

– Кажется, я мало запросила.

– У тебя еще будет время потребовать больше, – бросил он, трогаясь с места.

– На что намекаешь? – завелась она. – Что я хапуга? Нет, дорогой, я от своего слова не откажусь: половина дома. На сколько он там тянет?

– Примерно тысяч сто долларов.

– Ух ты! Мне с головой хватит… Ты что?!

Она вскрикнула, так как он дал по тормозам. Автомобиль резко остановился, а Нина с недоумением уставилась на Глеба. Он так побледнел, что это стало заметно даже в темноте. И капли пота выступили на лбу.

– Я совсем забыл… – пробормотал Глеб, разворачивая автомобиль.

– Куда ты? Куда мы едем? – запаниковала Нина. Вдруг он забыл и ее прикончить? А неслись они к кафе.

– Там мои отпечатки, – пояснил он.

– Где? Где твои отпечатки? – в ужасе прошептала Нина, подозревая, что отпечатки он оставил в ее кабинете.

– В спальне! – рявкнул Глеб. – В доме! Везде! Ты понимаешь, что это значит?

– Не понимаю… Ты хочешь в…

– Да, я хочу вернуться домой. Мне нужно стереть отпечатки, забрать из сейфа деньги и драгоценности Валентины.

– Пригодятся, – выпалила Нина. – Но я не хочу в твой дом. Сейчас, когда там два трупа, не хочу. Когда трупы уберут – я с удовольствием… Останови машину, я выйду.

– У нас договор, сделка, – отрезал он. – Ты будешь делать, Нино, что я скажу. Ведь за твою помощь я отдаю тебе половину дома или плачу пятьдесят тысяч баксов.

Упоминание о баксах несколько усмирило Нину.