Пиковая дама и благородный король

 – Даже передышки себе не дала! И ничего вокруг не видит… Ой, споткнется и упадет на таких высоких каблуках…»

Дождавшись, когда Лайма повернет за угол, он отбросил сигарету и рванул за ней.

Зинаида возвращалась домой, поведал Ларичев, примерно в четвертом часу утра, где она была и почему возвращалась в столь поздний час – неизвестно.

Таксист непременно подвез бы ее к подъезду, но она почему-то предпочла идти через сквер, а не обогнула его вдоль домов, где хотя бы есть освещение. Пересекая по диагонали (о чем свидетельствовали следы от ее каблуков) заросший, правда, небольшой участок, она получила смертельные ранения и скончалась на месте.

Уже в шесть утра ее труп обнаружили жильцы того же дома, в котором Зинаида проживала, позвонили в милицию. При ней не было сумочки, что для женщины неестественно, должна же она где-то держать ключи от квартиры, платок, пудреницу, кошелек и прочие мелочи?

Ларичев действительно взял заботы Вероники на себя, оставлял ее ждать в машине, а сам отправлялся за справками, но и при его оперативности добыча бумажек заняла почти весь день! А сколько понадобилось бы времени Веронике? Ах да, Зина не просто умершая в тридцать пять лет от тяжелой и продолжительной болезни, она зверски зарезана.

Но все равно собирание всех этих бумажек разве не издевательство над простыми смертными?

– Сумку забрал убийца, – сказала Вероника, поражаясь паузе, которую сделал Ларичев, будто не понимал, что именно произошло в ту ночь. – У вас это называется – разбойное нападение с целью ограбления, так?

Находясь за рулем по пути следования к дому Зинаиды, Ларичев на заявление Вероники и ухом не повел, а ей нужна ясность.

Она дала подписку о невыезде, данный факт тревожил.

– Вы думаете иначе? – спросила она, когда пауза перешла все возможные границы.

– Угадали, – только и сказал Ларичев.

Многозначительное молчание следователя действовало на нервы, как будто он знает больше, чем могло показаться. Возможно, Веронику Ларичев и не берет в расчет.

Но ей как жить в роли подозреваемой? Впрочем, он еще этого не сказал напрямую, просто взял подписку, потому что у нее есть мотив, а мотив далеко не всегда указывает на… Да что же, Вероника родную сестру пришила? Каким образом?!

– Скажите, будьте любезны, что вы думаете по поводу смерти моей сестры? – пристала она к Ларичеву, избрав требовательный тон. – Обязуюсь ваши тайны не разглашать. Некому! У меня здесь нет знакомых.