Отравленная кровь

Он красавчик, не красивый, а именно красавчик, сладкий, как сироп, всегда идеально одет (за Галкин счет), с манерами князя, который рос в Жмеринке.

Приехали все, кроме младшенького недоумка Гаррика (мнение отца и Галины). Он музыкант, что с него взять, ни дисциплины, ни ответственности, ни мозгов – престижный институт послал к черту, поступил в музучилище, чтобы… бряцать на гитаре! Ничего не скажешь, достойное занятие для члена уважаемой семьи. Надо признать, братья и сестры не слишком привязаны друг к другу, будто кровь в их жилах течет у каждого своя, с особенным оттенком цвета.

Закинув ногу на ногу и повернув их в одну сторону, а корпус в другую – к сидящим на диване и в креслах, Галина вцепилась в резную спинку стула так, будто ее принудили к этой закрученной позе. В сущности, ее тело демонстрировало внутреннее неудобство, дискомфорт, а мимика на лице, меняясь, выдавала то панику, то обычный страх, то потерянность. За тридцать девять лет Галина выходила замуж раз пять, теперь она замуж не выходит, а живет гражданскими браками, проверяет, насколько сильны чувства нового избранника.

Природа в полной мере отдохнула на Галочке: круглая физиономия, узкий лоб, прямые брови, высокие скулы, подпирающие глаза, отчего они кажутся крошечными черными вкраплениями. Рот маленький, губы – две узкие полоски, их почти не видно, приходится рисовать, выходя за границы очертаний. Увеличивать уколами губы Галина не решилась только потому, что у парочки подружек крайне неудачно прошли попытки исправить природу.

– Так, – хлопнул себя по коленям Андрюша, ее очередной внебрачный муж, которого Галина называет ласково Дюшей. – Давайте договоримся, что именно будем хором навешивать на уши следакам.

Он предприимчивый малый, уверенный в себе (иногда так и вовсе самоуверенный), ну а внешне – высокий блондин с физиономией исключительно сладкой. Любитель обвешивать себя цацками – браслеты, перстни, цепочки и подвески, серьги. В его представлении такими выглядят настоящие крутые самцы.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ярослав, хотя прекрасно понял, о чем речь, ведь Андрюша прямой, как рельса, иносказания не его конек.

– А то, – сказал Дюша.