Ночи с Камелией

Ворчанье жены он пропустил, вытянул шею:

– Авария, что ли?

Дорога шла от окраины в новый частный богатый район, по сторонам – деревья, за ними – поля широкие и небо высокое, в общем, пейзаж унылый. Впереди у обочины стояли три машины, одна из них милицейская; несколько человек пассивно переговаривались между собой. Проезжая мимо, София увидела знакомого. Кстати, аварией и не пахло, поэтому она попросила мужа:

– Останови, Борька.

– Зачем?

– Останови! Там знакомые, узнаю, что случилось.

Он остановил. Когда София выходила, дал указание:

– Две минуты. – Затем недовольно пожал плечами. – На фиг тебе это?

– Надо, – заявила она, но, чтобы избежать вспышки гнева с его стороны, объяснила: – Сюжет обещали подбросить.

– Это сейчас так необходимо? – вскипел Борис. – Голова у тебя на что? Придумала бы сама, делов-то!

– Борь, поезжай. Знаешь, нет желания резать колбасу и накрывать на стол, меня привезут на все готовенькое.

– Кто? Менты привезут? – с сомнением произнес он.

– Ты забыл? Я им помогла, они мои должники.

– Уж кто-кто, а менты себе долги прощают.

– Надежда умирает последней. Поезжай. – И захлопнула дверцу.

Пронесло. Видимо, Боря торопится к рюмке и разговорам по душам. София, погружаясь каблуками в снег, направилась к группе мужчин. На ее пути вырос молодой человек:

– Туда нельзя.

– Артем! – крикнула она, помахав рукой, чтобы тот ее заметил.

Вот кого София действительно рада видеть, а ведь при первой встрече приняла его за бандитскую морду.

Собственно, Артем от известной категории личностей почти ничем не отличается, но к романтикам ножа и пистолета отношения не имеет. То есть имеет, только он за ними гоняется, выслеживает, ловит и тому подобное, короче, ведет жизнь детектива.

– Привет! – заулыбался Артем, подойдя. – Чего это тебя занесло сюда, да еще без шапки? Отойди, – оттолкнул стража.

С церемониями он не ладит, тем не менее, когда хочет, умеет быть и вежливым, и внимательным, и привлекательным.

Да что там, Артем защищал ее от маньяка с типичным самопожертвованием рыцаря, потом София его защищала, правда, делала это, скорее, из страха остаться наедине с чудовищем. В общем, сроднились.

Иногда София ловила себя на том, что бессознательно хочет нравиться ему, бессознательно, потому что цели такой не ставила, это происходило само собой, вероятно, срабатывал природный женский инстинкт.