Гробница вервольфа

– Она утонет, едва ее костюм намокнет, – смеялся Уваров.

– Боже мой, – смутилась Марго, – мы вели себя неприлично, но… это так смешно…

А мадемуазель разгребала руками воду, подплывая к поплавку. Наконец она взялась за леску, потянула ее, та подалась, но при том тащила нечто тяжелое. Кажется, попалась крупная рыба, англичанка никак не могла вытащить ее одна. Не выпуская леску, она с осторожностью поплыла обратно, подтянувшись на руках, залезла на причал и закричала:

– Болшой риба! Помощь, господа!

– Что это? – привстал Уваров, переменившись в лице.

Стоя спиной к озеру, гувернантка нелепо подпрыгивала и призывно махала руками. С нее ручьями стекала вода, брызги летели во все стороны. Суров подскочил и ринулся в сторону озера, за ним Уваров и Марго. Не понимая, почему господа мчатся к ней с такими перевернутыми лицами, гувернантка повернулась к воде, и ее длинное лицо стало еще длиннее, а небольшие глаза круглыми.

У причала плавала утопленница, которую зацепила крючком мадемуазель Каролина и успешно доставила к берегу.

Едва она поняла, что именно поймала, гувернантка исторгла из себя невнятный звук и упала в обморок. Ее успел поддержать Суров, иначе плавала бы мадемуазель рядом с утопленницей. Но ее костюм вобрал в себя чуть ли не половину воды из озера, перенести ее одному было невозможно. Тогда Уваров подхватил даму за ноги, и мужчины вдвоем отнесли ее на террасу и уложили на плетеные кресла. Марго крикнула слуг. Первой прибежала девчонка и, увидев мадемуазель в ее изысканном купальном костюме, звонко расхохоталась.

– Прекрати! – строго прикрикнула Марго. – Позови Анфису, пусть принесет нюхательной соли.

– Степан! – звал Суров. – Степан, черт тебя возьми!

– Тут я, ваше высокоблагородие! – примчался денщик.

– Зови мужиков, у нас утопленница…

Труп положили на траву, Уваров распорядился, чтобы принесли полотно и накрыли. Это была молодая девка в крестьянском платье, неплохо сохранившаяся, очевидно, в воде тело находилось недолго. Над гувернанткой хлопотали Анфиса и Марго, та пришла в себя, но сил подняться не имела.

Денщик указал на шею девки:

– Гляди, ваше высокоблагородие!

Суров присел, осматривая шею утопленницы, и увидел две небольшие глубокие ранки, расстояние меж ними два дюйма. Одна приходилась точно на сонную артерию, другая – на горло, чуть выше впадины между ключицами.

– Скачи в город, позови полицию, – приказал он денщику.

Девушку накрыли полотном, а озадаченный Суров поспешил на террасу.