Седьмая ведьма

 – Пытаясь отдышаться, я поставила руки на руль.

Машины сигналили объезжая нас. Эрик молчал, а я, боясь, что он снова уедет, так и стояла перед мотоциклом.

– Эрик. – Я накрыла его руку ладонью, и вдруг увидела на своем запястье сине-черные пятна. Прятаться было поздно, поэтому сжала обхватившие рукоятку пальцы и выдохнула: – Пожалуйста.

Он наконец-то снял шлем, я быстро подошла к нему и обняла.

– Посмотри, что он сделал с тобой. – Эрик обхватил меня. – Разве можно такое простить?

– Он не ведает, что творит, – прошептала я.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, – с горечью произнесла я.

– Садись. – Он кивнул назад. Я быстро села на сидение.

Он развернул мотоцикл, мы проехали мимо нашего кафе, потом свернули на соседнюю улицу и, миновав три светофора, заехали в ряды гаражей. Эрик остановился возле одного из них. Открыл ключом дверь и посмотрел на меня:

– Проходи.

Я сделала несколько шагов в гаражный бокс, который больше напоминал маленькую квартиру. Здесь даже мебель имелась: диван, два кресла, столик.

Мельком взглянув на пепельницу, я вдруг поймала себя на мысли: «Зачем? Ведь он не курит». В том, что это его гараж, сомнений не было, кругом идеальный порядок, так характерный ему, даже детали лежали на полках ровненько.

Закатив мотоцикл в бокс, Эрик включил свет, закрыл ворота, после чего взглянул на меня и кивнул на кресло. Мы сели одновременно.

– Рассказывай.

Прозвучало грозно, и у меня тут же случился ступор. Я понимала, как только открою рот, все, что было до этого, может рухнуть, поэтому тянула время.

– Лера, – позвал Эрик, когда молчание затянулось.

– Это я сделал Марата таким, – пересилив себя, выдохнула наконец-то.

– Не понял?!

– После того, как он пытался… меня… я разозлилась… – Мое сердце неожиданно сильно толкнулось в груди и сбилось с ритма. Руки затряслись. – На той дискотеке… я не просто так оказалась рядом с ним.

Чем ближе к откровению, тем сильнее начинало меня трясти. Стало казаться, будто реальность пульсирует вместе с моей кровью.

Я уже слышала, как она стучится у виска, чувствовала, как сжимает пространство. В памяти внезапно вспыхнула та ночь. Тогда было то же самое. Вдох, еще один. Правда полилась потоком:

– Я была влюблена в Марата, но он не обращал на меня внимания, и тогда я решила приворожить его. Пошла к гадалке. Она отказала мне, и я стащила у нее книгу. – Произнося эти слова, я все глубже и глубже осознавала степень своей вины и драматизм происходящего. Эрик молчал.