Жизнь и смерть. Источник жизни

Я не понимала, то ли он, и правда, так сильно успел привязаться к девушке, то ли тьма мастерски находила его слабые стороны.

Шаги отдалились, и я вернулась к Маше.

– Ты как?

– Плохо, – выдохнула она. – Внутри все горит.

Ее взор прояснился, голос стал слабым. Что-то в ней снова изменилось. А ведь, по сути, мы не знали настоящую Аркову! Какой она была, до того как попала под влияние Руслана? Он мог манипулировать ею уже в тот день, когда они пришли в магазин.

– Ты терпи, ладно.

– Холодно…

– Знаю. Макс найдет плед, тогда станет теплее.

Она чуть повернулась, но и только. Видимо, силы оставили ее окончательно. Так и замерла пятой точкой вверх. Пришлось самой подтянуть ее вместе с ветками, а потом еще и подтолкнуть, чтобы улеглась. В какой-то момент я оказалась слишком близко к ней. Она вдруг приподнялась, посмотрела на меня, до мороза по коже жутко, и прошипела потусторонним голосом:

– Убийца!

– Конечно, – кивнула я. – Глупая, думала так просто будет? Ложись давай нормально.

На удивление, она сразу расправилась и притихла, закрыв глаза.

Я села и устало опустила плечи, но расслабиться не получилось. Из сумки разлился свет, пришлось снова доставать книгу, а когда выяснилось, что Источник требует повторить процедуру, идти за водой.

– Маш, надо еще выпить. – Я опустилась рядом с ней.

– Нет. – Она замотала головой.

– Надо. Иначе все зря будет. Пей. – Приподняв ее, я поднесла кружку к губам. Девушка сделала глоток и еще один, а потом простонала и, стиснув зубы, выгнулась дугой.

Маше становилось все хуже. Ее заметно корежило: выгибало под неестественным углом пальцы, сводило скулы. В такие мгновения она тихо выла или даже скулила. А после умолкала, вдруг начинала трястись и сворачивалась в клубок, пытаясь согреться. А мне и помочь было нечем. Макса совсем где-то пропал. Но когда ожидание слишком затянулось, и я позвала его, сразу откликнулся.

– Как она? – Он протянул мне плед.

– Плохо. Но она борется.

Девушка металась и бредила весь день. Почти каждый час Источник требовал проводить обряд очищения, но лучше не становилось. Ближе к вечеру Маша уже начала взывать к помощи и сочувствию, но только Макса. Иногда жалобно, иногда требовательно, а когда увидела новую вспышку Источника, заплакала горючими слезами.