Лига дождя

– Theero athere foram… – обреченно прошептала Аннушка, словно понимая, что никакие слова ей уже не помогут. – Theero athere foram… Theero…

Лиза заорал – боль, пронзившая ее, была настолько сильной и жгучей, что она упала на колени, в огонь. Огонь теперь был самым обыкновенным огнем, он жег, и Лиза горела. «Я умираю», – только и успела подумать она. Потом на мысли не осталось сил: Лиза корчилась на полу, охваченная пламенем, и умирающее тело молило лишь о том, чтобы скорее кончилась боль и пришла смерть.

А после ничего не стало.

Лиза не видела, как в зал вальяжной неспешной походкой вошел Эльдар и легким щелчком сбил пламя. Пройдя мимо лежащего Хикмета, он приблизился к Лизе и несколько долгих минут всматривался в ее побелевшее, запрокинутое к потолку лицо, понимая, что дело сделано, и он просто опоздал. Аннушка тихо скулила, даже не пытаясь убежать от казавшейся ей неминуемой расправы. Эльдар обернулся и брезгливо посмотрел на нее. Знающий маг второго посвящения, одна из самых сильных в регионе, сейчас была обычной перепуганной бабой.

– Дура, – негромко сказал Эльдар и удивился тому, насколько спокойно прозвучал его голос. – Я же говорил: облажаешься.

Хикмет шевельнулся на полу и что-то пробормотал. Под его животом растекалась темная кровавая лужа. Эльдар даже не посмотрел в его сторону.

– Дура, – повторил он. – Учи теперь.

Глава 2

– Это произвол, – серьезно сказал Геворг Гамрян, декан матфака педагогического университета и по совместительству самый серьезный и авторитетный маг в этой части страны.

– Все законно, Геворг, – ответил Эльдар. – Девушку спросили, она дала ответ. То, что перед этим ее похитили, то, что она уже ассистировала магу во время обряда и должна была стать его ученицей – уже не суть важно. Они не преступили закон по факту. Все. Ничего я не буду делать.

Хикмет и Аннушка просто взяли и умыли наглого выскочку. Схватили великого и ужасного Поплавского за шкирку и макнули мордой в самую грязную лужу, какую только смогли найти.

У Хикмета по результатам оказались сломаны три ребра и челюсть и отбиты почки, левая рука Аннушки уже никогда не будет действовать так, как раньше, но это в целом было довольно слабое утешение.

Разумеется, ни в какой трибунал Эльдар обращаться не стал. Не захотел, чтобы его умыли еще раз, да на глазах у всего честного люда.