Под маской любви

Абсолютно одна, так как у тети была своя семья, папа пропадал допоздна на работе, избегая бывать дома и проводить время с ней, потому что она напоминала ему жену, о чем по секрету ей поведала тетя. А она продолжала сидеть у себя в комнате с закрытой дверью и читала, читала всё подряд, лишь бы уйти из реальной жизни в придуманный мир.

Умерев, мама забрала с собой и её детство. Из веселой и жизнерадостной девочки она превратилась в свое человеческое подобие, закрывшееся в собственном коконе и отгородившееся от окружающей действительности.

Она уже не жила, а существовала, одинокая и никому не нужная.

Вот даже сейчас, увы, не может вспомнить, интересовался ли в то время отец ее жизнью, спрашивал ли, что ела, как у нее дела в школе. Он приходил с работы, когда дочь уже спала, а уходил, когда она еще не проснулась.

В выходные дни его тоже дома не было: загружал машину рыболовными снастями, спальным мешком, продуктами и уезжал на озера ловить рыбу. А она опять оставалась одна со своими комплексами, проблемами, тишиной, которая оглушала, …и фотографией мамы, стоявшей на ее письменном столе.

Так прошло пять долгих лет. Училась средне. Конечно, четвёрок было больше, чем троек, а пятерок и совсем мало: в основном по второстепенным предметам.

В тот очередной ужасный день она выполняла контрольную работу по геометрии, когда в класс вошла директор школы и сказала прийти к ней в кабинет после урока. Не понимая, в чем причина, она спокойно закончила решение задач и, собрав портфель, пошла на третий этаж.

Зайдя к секретарю, поймала на себе ее сочувствующий взгляд, но интуиция молчала, не подготовив к предстоящему разговору.

В кабинете всё разъяснилось: у отца на работе случился инсульт с параличом, и его отвезли на скорой в больницу. Лена сознание не потеряла, но уши как будто заложило ватой и пол стал угрожающе покачиваться. По-видимому, она сильно побледнела, поскольку директриса выбежала из-за стола и усадила ее в кресло, дав попить минеральной воды.

Потом попросила номер телефона кого-то из близких родственников и, получив его, позвонила тете Насте. Та была в больнице и сказала, что за племянницей придет ее дочь, двоюродная сестра, которая уже едет из университета.

– Да, в памяти осталось довольно смутно, как мы с ней добирались домой, что я делала, пока не приехала тетя. И несмотря на то, что я не верила в бога, все равно просила его оставить мне хотя бы отца, – вслух сказала Елена, глядя в потолок.