Битва за кристаллы любви. Том I

– Подобными вещами? – опять повторил Эйдж, удивленно и в то же время настороженно. – Понятно.

Диэнна выскользнула из его объятий и отступила в сторону.

– Я уверена, дорогой, что интимные отношения лишь замутят воды нашего общения. А мы ведь предполагаем общаться в будущем, не так ли?

Эйдж машинально кивнул, облегченно отметив про себя, что своими импульсивными действиями не оттолкнул от себя девушку.

– Да, ты абсолютно права, – он наклонил голову, демонстрируя официальную учтивость. – И как твой друг предлагаю тебе немедленно покинуть эту комнату.

Для твоего же блага, ибо я сейчас не в том состоянии, чтобы полностью контролировать свои действия.

– Но мы ведь с тобой еще ни о чем не поговорили. Мне сейчас очень одиноко одной. Давай воспользуемся возможностью и узнаем друг друга лучше.

– Оставь меня одного, пожалуйста, – тихо сказал Эйдж. – Немедленно.

Диэнна несколько секунд колебалась, не ожидав подобного поворота в заранее спланированной ситуации, однако выражение его лица подсказало, что ей надо сейчас уступить.

– Как хочешь, – сказала она с нотками легкой обиды и разочарования в голосе, спокойно и степенно подошла к двери, открыла ее и неслышно вышла из гостиной, даже не пряча коварную улыбку, повернувшись к гостю спиной.

Эйдж напряженно прислушался к ее шагам. Он услышал, как Диэнна ускорила шаг, когда пересекала зал.

– Если я не был сумасшедшим несколько минут назад, то наверняка сойду с ума, когда эта колдунья испробует на мне свои чары, – подумал он.

 – Как же Рэйму удалось освободиться от них? Впрочем, мне это совсем не интересно. Их отношения уже в прошлом. А мои с ней, как мне подсказывает интуиция, только начинаются.

Мой брат, конечно, личность незаурядная. Умный, загадочный, умеющий владеть собой. И определенно неординарный. Ему присущи твердость и уверенность человека, который не так-то просто идет на компромиссы. Да он, по всей видимости, и не нуждается в приобретении опыта в этом тонком искусстве. К тому же он не привык особенно считаться с мнением других.

Его отличают в меру проявляемые высокомерие и своенравность.

– Однако и меня нельзя отнести к незрелым, необстрелянным юношам, – продолжал размышлять Эйдж. – Я ведь тоже человек, который кое-что в жизни видел и пришел к собственным выводам. И, как мне кажется, невозможно отрицать, что я недавно возбудил воображение Диэнны даже больше, чем Рэйм во времена своего ухаживания за ней. Она недвусмысленно об этом мне намекнула.