Анна – королева франков. Том 1

Распорядившись, чтобы девушка переодела княгиню в чистую рубаху, подвязав поясом, надела ей новые сапоги и взяла с собой узел с чистой рубахой и простынями, повитуха помогла Ингигерде встать и медленно повела из комнаты.

На первом этаже уже выстроилась прислуга и няньки с детьми, которые стали по очереди с княгиней прощаться, пока она проходила мимо них. Через узкий коридор прошли к бане.

Войдя в дверь, Ингигерда увидела, что в двух углах уже стояли иконы с божьими образами и горели лучины. Баня была натоплена.

– Княгинюшка, начинай ходить, пока потеть не начнешь. Пот ускорит твои роды. Двигайся активно, до полного изнеможения, переступай через короткие бруски, которые я по полу выложила. Не жалей себя. Ребенку не повредишь. Знаешь об этом, уже в седьмой раз рожая.

Ингигерда кивнула головой и стала ходить, до крови кусая губы, когда ее настигали безжалостные схватки. Наконец отошли воды – и повитухи с девками засуетились.

Агафья подвела княгиню к ручке, которая торчала из стены, и сказала ухватиться за неё, а сама присела перед ней на корточки.

– Тужься, – приказала она, наблюдая, как умело Акулина надавливает скрученным полотенцем сверху живот.

Ингигерда почувствовала, что ребенок пошел и стала что есть силы тужиться. Вскоре она почувствовала освобождение, увидев на руках повитухи своё дитя, которая неспешно очистила ему ротик, взяла за ножки и опустила головкой вниз.

– Кто? – тихим голосом спросила княгиня.

– Девочка. Третья дочка, – ответила Агафья, улыбаясь. – Красавицей вырастет.

После этих слов она поднесла малютку к правой босой ноге матери, и Ингигерда осторожно прикоснулась пяткой к ее маленькому рту, приговаривая: «Сама носила, сама приносила, сама починивала. Расти спокойной и здоровой».

Сразу после этого повитуха перерезала пуповину на веретене, чтобы росла рукодельницей, завязала её льняной ниткой, сплетенной с волосами матери и отца и заготовленной заранее.

– Ну вот и повила я твою красавицу, – сказала Агафья, обмывая малышку.

Управившись с мытьем, она передала ее Акулине, чтобы та запеленала новорожденную, и послала девку положить в зыбку ножницы, а под зыбку – веник, чтобы младенца не украла «нечистая сила», а сама занялась родильницей.