Анна – королева франков. Том 1

А может, с ней сыграло шутку воображение? Конечно, это было не предвестие, а лишь надежда на зарю, которая через несколько часов всё же вспыхнет после этой жгучей тьмы.

Ей почему-то не спалось. Малышка вела себя беспокойно, ворочала головкой по подушке, постанывала во сне.

Княгиня подошла к дочке и потрогала лобик. Не горячий. Наверное, сны плохие снятся. Она ее перекрестила, прочитав молитву, и снова встала у окна. К утру разгулялся за стенами ветер. И вдруг услышала в отдалении какой-то непонятный раскат, но не грома.

– Ярослав? – отозвалось в его глубине, а потом, словно дятел, застучало в висках.

Она прислушалась, злясь на ветер, который, ударяясь в окна, создавал звуки, мешающие ей определить, что же происходит там, где глаза её не видят.

И снова до ее напряженного слуха донеслось какое-то громкое движение, напоминавшее отдаленный лязг. Он приближался.

– Да, это мой князь, – уже твердо сказала себе Ингигерда, почувствовав босыми ногами холод, хотя и стояла на медвежьей шкуре.

Позвала Любаву и приказала ей себя одеть в праздничную одежду, заплести и уложить на голове русые косы. Опять прислушалась.

Княжеские палаты, еще совсем недавно погруженные в полную темноту и немоту, наполнились жизнью. Все готовились встречать своего князя с дружиной.

– Вот и дождались, княгиня! – прошептала Любава, становясь с ней рядом возле окна и вглядываясь в его посеревшую даль.

– Позаботься, чтобы детей не разбудили! – сказала Ингигерда Любаве, которая тотчас выбежала, чтобы передать повеление княгини.

Свет факелов, ржание и фырканье лошадей, звон оружия… Войско Ярослава было уже близко.

Но княгиня, хорошо зная своего мужа, не могла до конца расчислить, когда он появится перед ней. Даже несмотря на то, что быстрота Ярослава была невероятной, что признавали все – и друзья, и враги. Быстротой он побеждал и покорял, заставлял себя любить и ненавидеть.

Ингигерда услышала, что Ярослав уже спешит наверх, к их покоям, зная, что она ждёт его.

– Герда, супруга моя, – услышала она позади себя и обернулась.

В дверях стоял Ярослав, грязный и уставший. Он протянул свои руки – и княгиня бросилась в его объятья. Она прижалась к его груди, слыша, как гулко бьётся в ней его сердце.