Белая тьма: Повороты судьбы. Книга 4

Тот в два больших шага оказался рядом с Дианой, обхватил ее за плечи и хорошенько встряхнул:

– Последний раз спрашиваю, как ты пробралась сюда?

В этот момент из-за пазухи Дианы выпал кинжал и со звоном ударился о мраморный пол.

Глаза вампиров моментально округлились, на несколько секунд воцарилась пауза, затем на лице Осириса отобразилась такая гримаса гнева, что у Дианы пробежал по спине холодок.

– Как ты его нашла? – буквально прошипел он ей на ухо, его фигура угрожающе над ней склонилась.

– С помощью заклинания, – тихо проговорила Диана, поняв, что дальше играть с царем вампиров не стоит.

– Как ты о нем узнала? – его лицо было опасно близко, и Диана затряслась еще сильнее.

– Не ешь меня, пожалуйста, – прошептала она одними губами.

Осирис моментально отшатнулся, но в его глазах по-прежнему бушевала ярость.

– Как ты о нем узнала?! – закричал он так громко, что весь дворец содрогнулся.

Нантэп слегка прищурился и ласково проговорил:

– Вам лучше рассказать всю правду.

Но от крика Осириса Диану буквально перещелкнуло, ее страх обратился в гнев. Она надменно задрала голову и устремила на царя вампиров леденящий взгляд:

– А в чем дело?! Боишься?!

Осирис, казалось, опешил от такой дерзости.

– Да как ты смеешь?! – наконец отчеканил он.

– Смею что?! Открыто смотреть тебе в лицо?! Или может разговаривать не как дрожащая тварь? В чем дело, Осирис? Привык, что все раболепно кланяются? Привык к лести и подхалимству? Что именно тебя не устраивает в моем поведении?!

Бровь Осириса взметнулась вверх, а затем он расхохотался.

– Троянская ведьма, – процедил он. – Знаешь, что всегда губило ваш Орден? Ваша надменность! Вы всегда считаете себя неуязвимыми, и всегда умираете, – его затрясло от новой вспышки гнева.

– Не стоит так за меня переживать, ты же, несмотря на свою, все еще жив и здоров.

– Не забывайся, ведьма! – угрожающе произнес он. – Ты еще цела только потому, что меня восхищает твоя храбрость.

– Так в чем тогда претензии? – тут же вставила Диана.

– Которая, порой, граничит с глупостью, – добавил царь вампиров, чуть ли не скрежеча зубами от злости.