Надо идти дальше. Путевые заметки

Уже повернулась спиной, а у него звонит телефон, короткий разговор и золотое словечко садись.

Лесостепь. В ней особый уют, особая живописность, словно лоскут планеты видишь меж пологих холмов в теплых пологих лучах солнца. Светило поднимается, поднимается дух трав, ароматом влетает в кабину. Сам Калач небольшой городок, расположился вольно и неровно над речками. Высаживаюсь у администрации.

– На Воробьевку? Только микроавтобус, до трассы не дойдете, да и рюкзак тяжелый, давай помогу. Слушай, я сейчас водиле автобуса скажу, что моя невеста, он тя в лучшем виде доставит.

И ушел.

Залезаю в микрашку, подтягиваю рюкзак под ноги, чтобы никому не мешал, проход свободен.

– Ездят усякы… – Рот этой женщины не закрывается. Только комментировала какие-то сплетни, тут я сажусь. Говорит на средне-украинском суржике, это не подделаешь. И голосом таким, что хочется поискать регулятор громкости. Задает тон.

– Что, не нравлюсь? – Спрашиваю открыто.

Та не ожидала и проболталась:

– А кому ж ты можешь понравиться?

– Бывает, – говорю, – и чьим-то мнением не интересуются.

Та застыла с открытым ртом, нехорошо даже.

Знаю, что люди, мову за родную принимающие, часто пытаются ставить «кацапив» под свою оценку, контролируют, а потом «пануют». Вот же ж словечко! Нет такого в речи русской. А по хохлушке видно, что значит «пануваты».

Словно радиоточка, неизвестно кому стала набалтывать районные сплетни с неизменно отрицательной оценкой действующих лиц. Дошли до кого-то.

– Что такое? Повторите вновь и внятно! – Сидящий за спиной хохлушки произнес это достаточно тихо, но автобус смолк.

Та обернулась. И вновь ситуация с открытым ртом.

После почти минутного тяжкого молчания вновь тихий голос.

– Советую за любой помощью более не обращаться.

И автобус облегченно выдохнул. Кто-то же должен сказать…

А в дороге не перестаю удивляться меловым скалам. Белые стенки! Красиво, необычно. В Воробьевке вновь спрашиваю дорогу, спрашиваю и о меловых скалах.

Но от Воробьевки до Бутурлиновки просто так доехать не удалось. Очередная милая душа из сельских интеллигентов высадил меня где-то посередине, у него своя дорога. Прошла немного от поворота. Луг. Поле. Запахи травы такие, что голова кругом идет. Кажется, застряла. Нет машин.